Между тем, никакие «ананасные» манифесты не могли отменить новую реальность. Двадцатый век надвигался неумолимо и приносил все больше бед царской семье.
17 октября 1888 года императорский поезд, идущий с юга, потерпел крушение у станции Борки, в 50 километрах от Харькова. Александр Александрович чудом остался жив, однако катастрофа стала началом конца – 43-летний царь стал стремительно угасать.
«В момент крушения поезда Александр III с женой и детьми находился в вагоне-столовой. Вагон, большой, тяжелый и длинный, был укреплен на колесных тележках, которые при крушении оторвались, покатились назад и нагромоздились друг на друга. Тем же ударом были выбиты поперечные стенки вагона, а боковые стены треснули, и крыша стала падать. Стоявшие в дверях камер-лакеи погибли, остальных бывших в вагоне спасло только то, что крыша при падении одним концом уперлась в пирамиду из тележек. Образовалось треугольное пространство, позволившее практически уже обреченным августейшим путешественникам выбраться из вагона – пораненными, перепачканными, но живыми. Говорили, что рослый и сильный император поддерживал крышу, пока из-под нее вылезали его близкие. Когда через шесть лет еще не старый и всегда казавшийся крепким царь занемог и скончался, молва увязывала причины его недуга с физическим и моральным потрясением, пережитым во время крушения»[260].
В 1894 году императором стал старший сын Александра III – Николай II, на котором история российской монархии обрывается. Было ли падение неизбежным? Да – для государя, не признававшего демократию. Николай Александрович, преданный муж и чудесный отец, настолько погрузился в проблемы своей семьи, что не заметил наступления эпохи парламентов и революций. Увы, Ники был также слишком хорошим сыном: он дал слово умирающему отцу, что сохранит и укрепит самодержавие в России, и отдал жизнь (и целую страну), чтобы сдержать своё слово.
Во время своего первого публичного выступления Николай II четко обозначил свою позицию: «Мне известно, что в последнее время слышались в некоторых земских собраниях голоса людей, увлекавшихся бессмысленными мечтаниями об участии представителей земства в делах внутреннего управления. Пусть все знают, что я, посвящая все свои силы благу народному, буду охранять начала самодержавия так же твёрдо и неуклонно, как охранял его мой незабвенный, покойный родитель»[261].
По сути, Николай объявил войну всем сторонникам демократии в России. И тем самым подписал себе приговор. Эта речь, отвергающая модернизацию политической системы страны, стала сигналом для всех слоев общества: пора действовать.
Будущий император Николай Александрович с детства жил в обстановке нервозности и страха: постоянная угроза терактов стала для него такой же обыденностью, как петербургский дождь. Ники видел, как дедушка Александр II погиб от рук террористов; после этого Папа перевез всю семью в хорошо укрепленный Гатчинский замок, больше напоминающий средневековую крепость, чем дворец. Каждый вечер Папа ходил по всем спальням и лично проверял щеколды на дверях – он никому не доверял по-настоящему. Но террористы все-таки сумели дотянуться до сверхзащищенной царской семьи – подорвали поезд; Папа из-за этого сильно захворал. Потом болезнь отступила (тогда все еще надеялись, что она ушла навсегда), и Ники смог с легкой душой оставить родителей и отправиться в большое Восточное путешествие. Кто мог подумать, что цесаревич едет навстречу смертельной опасности!
Инцидент в Оцу, который едва не стоил цесаревичу Николаю жизни, – это же готовый сюжет для голливудского блокбастера! Здесь есть все: двое беззаботных принцев, путешествующих по загадочному Востоку; предатель-полицейский, решивший отомстить за честь самураев; смелые возницы, благородные императоры, обольстительные гейши, дракон с желтыми рожками и самое главное – хэппи-энд. Николай потом всегда отмечал два дня рождения: 6 мая, когда он появился на свет в Царском Селе; и 29 апреля, когда он чудом спасся от неминуемой гибели в далеком японском городе на острове Хонсю.
Николай не желал ехать так далеко и так надолго. В свои 22 года он все еще жил с родителями, не имел ни собственных доходов, ни собственного двора. Ему не хотелось взрослеть – цесаревича полностью устраивало, что сильный отец, император Александр III, все и всегда за него решает. Но тут отец как раз решил, что сыну пора научиться самостоятельности – и организовал для Николая большое заграничное путешествие, в соответствии с традициями воспитания великих князей Романовых.
При этом Александр III составил для сына необычный маршрут. Император не собирался заигрывать с европейскими соседями, а потому отправил наследника на Восток – незнакомый, таинственный, многообещающий.