Мужчина посмотрел в толпу у дверей и властно обратился:
- Вильхельм.
Оттуда быстро вышел взволнованный лакей в голубой полосатой пижаме, подошёл к Виктору, обнял за плечо и неторопливо повёл в коридор, попутно пытаясь успокоить его негромкими словами. Хозяин был зол от отчаяния. Эту искаженную гримасу заметили все. Большинство поспешили удалиться подальше от эпицентра взрыва. Ярость Николая представляла опасность для каждого.
Вскоре, гонщик сел на свою кровать и начал успокаиваться, покачиваясь на месте.
- Всего-лишь сон, всего-лишь сон... - приносилось в мыслях. - Этого не было... Я живой, живой...
Вилл, что провёл его, поспешил вниз за водой. Дверь оставалась открытой откуда доносились злостные реплики отца по поводу его состояния. Скорее всего, это был телефонный разговор. Мужчина продолжал кричать и что-то доказывать, требовать, но молодому человеку совсем не нравился этот шум, сейчас он хотел мирной тишины и покоя от всего этого стресса, однако, подняться и закрыть злосчщастную дверь совсем не было сил. Мышцы не хотели работать и поднимать его. Виктор мог только жалобно смотреть на выход и ждать когда вернётся Вилл, чтобы закрыть её и принести воды.
- Зачем я спал там..? - отчаянно спрашивали мыли. - И где Вилл? Он не мог забыть про меня...
Решил позвать лакея, но вместо громкого и чёткого обращения, вышло жалкое и трусливое:
- Вв-вилл-л...
Виктор испугался. В глазах помутнело, а в горле сжало:
- Йй-я ззз-заик-кка..? - ужаснулся. - Ззз-заик-ка..? Ннн-нет-т...
- Этого не могло случиться, - продолжили мысли. - Я не мог стать заикой. Только не я. Нет... - закрыл лицо ладонями, глядя сквозь пальцы. - Нет... Этого не могло случиться...
Картинка поплыла. Образы быстро потеряли очертания. Свет стал аморфным. Моргнул. На щеки стекли две солёные капли, что быстро дошли к рукам и расплылись по кистям. Спустя минуту, зашёл лакей с новым стаканом в руке. Закрыл дверь. Замирание Виктора его насторожило. Гонщик почти не дышал. Вилл присел рядом и протянул воду. Тот только заторможенно покачал головой, глядя в пустоту.
- Выпей воды. Должно помочь.
- Ннн-не ппп-пом-ммож-жет...
Вилл испугался:
- Это с перепугу такое?
Тот кивнул. Вытер слёзы и опустил руки. Вздохнул:
- Йй-а кк-кал-ллек-ка...
- Ты не калека... - обнял за плечо, поставив воду на прикроватный столик.
- Ддд-да...
- Я не могу нормально говорить, - начали мысли. - Вилл, я калека...
Пару минут, они сидели молчали. Виктор отчаянно смотрел в пол, а лакей пытался успокоить. К сожалению, его попытки были обречены на провал. Гонщику было совсем не до утешительных фраз. Отчасти, они раздражали. Хотелось тишины, а не пустых слов. Молодой человек не выдержал. Он поднялся. Небрежно, рукавами вытер лицо и направился к столу, справа от выхода, над которым, так же, было зеркало в резной оправе. Быстро открыл верхний ящик и достал блокнот на пружине с ручкой. Открыл пустую страницу. Начал писать. Каллиграфические буквы быстро заполнили несколько клетчатых строк. Протянул текст лакею и печально посмотрел на него. Вилл, как только прочёл, поднялся, кивнул, отдал блокнот и вышел. Гонщик провёл его печальным взглядом и тихо вздохнул. Дверь закрылась. Посмотрел на страницу с записью:
- Видимо, это единственный способ общения... Сейчас...
Сел на матрас, положил блокнот и ручку на покрывало. Закрыл лицо руками и согнулся. На листке красовалось:"Я хочу побыть один". Данное желание было предоставленно, но лучше от этого не стало. Спустя около десяти минут, он поднялся и совсем без охоты поплёлся в ванную. Запах от рубашки совсем не побуждал к счастливой жизни. Прямо у двери вспомнил про блокнот. Вернулся и взял его, спрятав ручку между страниц. Продолжил путь. Вышел в коридор.
Тут уже было светлее. Лучи солнца стали ярче и начали лучше освещать холл, лестницу и другие помещения. Направо и налево были коридоры. Практически сразу, перед глазами, виднелся широкий холл со вторым светом и двойная входная дверь, по бокам которой, в три ряда, располагались высокие окна в приоткрытых бордовых занавесках. Вниз, по правой стороне, прилегая к стене, спускалась массивная, изогнутая по дуге, лестница. Так же, в некоторых углах стояли крупные горшки с растениями. Некоторые из которых напоминали странные маленькие пальмы.
Вздохнул, посмотрел на окна. Газон успел избавиться от тумана и утонуть в редких лучах солнца. Возможно, если бы не заикание, он бы обрадовался. Солнечной погоды не было уже давно.
- Хм. Как подарок на день рождения, - безрадостно промелькнуло в мыслях.
Начал спускаться, попутно сжимая блокнот. Левая рука скользила по перилам. Глаза смотрели только под ноги. Неопрятный, помятый, бледный и безрадостный он плёлся в ванную, желая ни с кем не встретиться глазами. Данному виду мог испугаться кто-угодно. Виктор был похож на мертвеца. Он как мрачный жнец перемещался по коридорам в поиске неприкаянных душ в своём тёмном одеянии и пугал любого, кто на него посмотрит.
