Нриз вызвал окна стазис-хранилищ и вошёл в режим овердрайва. Вновь изменился мир, расцветая потоками данных и векторов, вновь каждое физическое и магическое явление украсилось мириадами подсказок. Нриз шевельнул пальцами, и потоки элир устремились к центральному кристаллу голема, к структурам, до сих пор сохраняющим минимальную активность. Над големом возникло новое окно, логические цепочки, выплывая из кристалла, разворачиваясь, застывали в нём сложной разноцветной паутиной. По мере заполнения окно увеличивалось и увеличивалось, пока полностью не вместило требуемый сегмент управляющей матрицы. Нриз подхватил стазис-окно, в котором находилась структура, отвечающая за зрение, и вплотную придвинул к окну с основной логикой. Границы окон соприкоснулись и слились, образуя общее пространство. Нриз отдал новую команду, и структура в главном окне провернулась вокруг вертикальной оси. Нриз пододвинул новые схемы и начал объединять их с текущими процедурами зрения, дополнять и проводить слияние. Несмотря на количество потоков, узлов, и соединений, в режиме овердрайва много времени не понадобилось. Закончив, Нриз высветил новый фрагмент, подтянул следующее окно, отвечающее за управление конечностями, и снова начал объединение.
Легче всего оказалось с частями схемы, имеющими в матрице хоть какие-то аналоги. Те части, которыми серия Тааг не была оборудована изначально, приходилось подключать долго и кропотливо, врезаясь в основные потоки элир, достраивая точки соединения и размыкая вспомогательные контуры. Таким образом Нриз подключил педипальпы, спинные щупальца, генератор паутины, интерфейс прямого доступа и иллюзионный проектор.
По сравнению цельными с гармоничными структурами, созданными Хозяином, новые блоки смотрелись инородно. Это являлось неизбежным следствием любых доработок. В идеале логику голема следовало проектировать с нуля, но, во-первых, мозг Нриза такую работу выдержать бы не смог, а во-вторых, новый голем перестал бы быть Таагом-18. Нриз возлагал большие надежды на модуль самообучения и коррекции — оптимизация структур являлась его главной функцией. Вот только задача его подключения стояла по сложности на втором месте — сразу после модулей резервирования.
Нриз оторвался от работы, вышел из режима овердрайва и рухнул на пол. Желудок подкатывал к горлу, сильно кружилась голова. Он провёл пальцем под носом, но крови на перчатке не было. Он растянулся на полу, раскинул руки и закрыл глаза. Требовалось дать организму передышку, чтобы прийти в состояние хотя бы относительной нормы. Пролежав около получаса (51 минуту и 83 секунды, тут же всплыла из глубин разума точная цифра), Нриз тяжело поднялся и приступил к самым ответственным этапам).
Для подключения систем резервирования и восстановления пришлось открыть столько окон, что они заняли всё пространство мастерской. Точки подключения вторичной системы находились не только на центральном кристалле, они затрагивали каждую часть голема, каждую деталь и устройство. А для использования основной системы, той самой, использовать которую предложил Хозяин, этого было недостаточно. Чтобы иметь возможность восстановить голема из ничего, требовалось охватить сферический объём, включающий всё тело голема, сравнить содержимое с эталоном, а потом достроить недостающее, используя находящиеся в этом объёме элир и химические элементы. Когда Нриз закончил, то почувствовал себя так, словно десять раз оббежал по периметру всю Цитадель с двойным весом своего ожиревшего тела. По сравнению с этим подключение вторичной системы, той самой, которую разработал сам Нриз, произошло поразительно легко, невзирая даже на то, что количество точек активации он увеличил и довёл до пятидесяти.
Последним он встроил модуль обучения и коррекции ошибок. Ради этого пришлось заново разворачивать логические схемы и кропотливо, секция за секцией, подключать модуль к операционной матрице голема, штатным системам восстановления и ремонта, и, напоследок — ко вторичной системе резервирования. Он не стал подключать модуль к первичной системе — это было не только слишком сложно, но и не особо нужно. Первичная система включалась только во время чрезвычайных ситуаций, а вторичная работала постоянно, оптимизируя управляющие структуры и исправляя ошибки. Конечный результат получился технически изящным — вторичная система восстановления перестала являться простой перестраховкой, а стала выполнять и дополнительные полезные функции.
Снова отдохнув и отдышавшись, Нриз занялся проверкой сделанной работы. Несмотря на перебои со здоровьем и связанные с ними перерывы, он умудрился ошибок не допустить. Теперь оставался последний, очень важный и энергоёмкий этап.
