Несчастья сыпались на Ирку Мысину, словно горох из дырявого мешка. Мало того, что родилась уродиной – самой на себя противно смотреть, нос длинный, зубы неровные, вся в конопушках и волосы какого-то тускло-рыжего оттенка. Так ещё и всё, что ни задумает, разлеталось в прах. Вот хотела стать блондинкой, так дура-подруга пережгла ей волосы перекисью – теперь висят словно пакля. Приходится прятать под косынкой. Вот устроила мать в госпиталь санитаркой, мол, полы мой, да, знай, присматривай себе какого-никакого жениха. Лежат-то здесь сплошь одни мужики. Поулыбалась тут одному, не совсем молодому, но и не совсем старому. Прапорщик, что гастрит лечил, вроде и клюнул. Сам стал её обхаживать, конфетки в карманы пихать, вздыхать, почему, дескать, такая молодая и милая девушка не позволяет даже в щёчку поцеловать. Ирка не церемонилась и спросила:
– Это вы от скуки так маетесь? Почему жена и дети не навещают?
– Ах, милая Ириша, одинок я как перст. Никто меня не любит и дома не ждёт.
Ирка не выдержала, спросила у старшей медсестры, точно ли не женат прапорщик.
– Не женат. Да что толку? Держись от него подальше, – ответила старшая.
– Почему? – удивилась Ирка, – Он вежливый, рук не распускает. Говорит, что нравлюсь я ему.
– Обманет он тебя.
Не послушалась Ирка доброго совета, поверила сладким речам, дала завлечь себя в процедурную, где они и провели всю ночь. А утром, как бы случайно, у двери оказалась её мать. Не иначе, кто-то донёс ей.
– Доброго утречка, зятёк! Когда свадебку будем справлять? – обратилась она к прапорщику.
– О чём вы говорите? Я случайно тут оказался. И к вашей дочке не имею отношения, – затарахтел он и боком-боком в свою палату.
Ирка заревела. Мать затолкала её в бельевую, надавала затрещин, оттаскала за волосы и приказала навести здесь чистоту и порядок, а в палаты глаз не показывать.
– Какой козёл! Какой урод! – шептала Ирка, размазывая слёзы. Заглянула дежурная медсестра Раечка. Спрашивается, что ей здесь нужно? Пришла позлорадствовать. Пропела:
– Чего сидишь, сопли распустила? Там твой милый на выписку собирается. Ты разве не знала?
Эта последняя горькая капля упала прямо в сердце.
– Убью гада, – прошептала Ирка. – И всем отомщу!
И в этот момент, откуда-то из угла донеслось треньканье телефона. "Откуда здесь телефон? Их ведь забирает со всеми ценными вещами старшая к себе в сейф." Порылась в большом пакете и за подкладкой разрезанной камуфлированной куртки нашла звонивший телефон. Надо же, не заблокирован. Ирка рукавом вытерла лицо, посмотрела, кто звонил. Ну, вот ещё одна дура звонит-звонит, а ему и дела до неё нет. Последний раз говорили неделю назад. Сейчас Ирка её образумит. И нажала вызов.
– Серёженька, что случилось? Почему ты не звонишь? – услышала она женский голос.
– У Серёженьки всё хорошо, – злорадно ответила Ирка.
– Кто это? Кто говорит?
– Это его новая девушка. А вы бы не докучали нам своими звонками и сообщениями.
Звонившая отключилась. А Ирка, минутку подумав, выскользнула в коридор и прокралась в палату к Сергею. Там она мигом сняла свой халатик, косынку, сбросила бюстгальтер, закрыла одеялом провода, тянувшиеся от руки больного. Пристроила голову на подушке, обняла его за шею и сделала несколько снимков. Оделась и так же осторожно вернулась в бельевую. Внимательно рассмотрела снимки, выбрала одни, где даже её голая грудь виднелась и отослала звонившей девушке.
"Что ж мне одной страдать? Пускай и этот Ленусик помучается, – продумала Ирка. Потом отключила телефон и принялась за уборку.
********************************************************
Сергей проснулся и удивлённо обвёл взглядом комнату. Кажется, он в больнице. Почему? Ах, да! Нога. Она и сейчас болит, но терпимо. Голова тоже болела. Он откинул одеяло и очень удивился. Почему он лежит почти голым. Зачем раздевать человека, чтобы наложить гипс на ногу? И ещё эти хитроумные аппараты подключены. Он подтянул повыше подушку, улёгся поудобнее. И тут пронзила мысль: он же Лене собирался звонить. Где телефон? На тумбочке пусто, внутри тоже. Похоже, все его вещи забрали. Почему же никто не приходит? Он раздумывал, стоит ли отсоединить провода и выйти в коридор (не голым, конечно, в углу висел белый халат) или подождать ещё? Тут послышались голоса. Дверь открылась, и в палату вошли люди в белом. Окружили кровать и стали молча смотреть на Сергея, как на какого-то пришельца или диковинного зверя. Сергей тоже молчал.
– Вам удобно лежать? – прервал паузу рослый немолодой мужчина.
– Спасибо. Вполне удобно.
– Крылья не мешают?
– Какие крылья? Ах, да, я понял, вы шутите.
– Ну какие уж тут шутки! Мы все ждали вас, готовились по кусочкам собирать, а вы целёхонький. Как вам это удалось?
– Нога немного болит и голова. Мне б таблетку, – и тут Сергей заторопился, боясь, что врачи сейчас уйдут, а он не скажет самое главное. – Доктор, пожалуйста, верните мне одежду и телефон.
– Конечно, вернём! Какая же жизнь без телефона? – развеселился врач.
– Это очень важно. Мы в воскресенье обязательно созваниваемся…
– Так сегодня не воскресенье. Проспали вы его.