– У меня братан служил. Рассказывал, как дембеля и посылки отбирали и за водкой гоняли (в грелках водку проносили) и носки им стирал. Рад был, что живым вернулся. Тех, кто не подчинялся колотили, как боксёрскую грушу.
– А у меня сосед, такой двухметровый и стокилограммовый, попал в часть и сразу сказал: кто меня тронет – прибью. Те и отстали.
Были и другие страшилки. Сергей вспомнил и усмехнулся. Ничего дембелю объяснять не стал. Спросил только:
– А каким-то способом с ним можно наладить контакт?
– Ну, разве что показывать свою слабость, усталость, падать, спотыкаться. А то ты, как робот, всё выполняешь, а это его ещё больше бесит.
Под Новый год выстроив группу провинившихся на плацу, сержант, ухмыляясь, собственноручно вручил им посылки от домашних. Вид у коробок был такой, будто ими играли в футбол. Сквозь дыры вываливалось содержимое. Вдобавок внутри всё было залито грязной водой. А потом была передышка – сержант уехал в отпуск.
Лена оглядела полупустой автобус, уселась поудобнее в кресле, раскрыла книгу, но читать не хотелось.
"Почему мне так грустно? – подумала она. – И в универ ехать не хочется. Потому, что уезжаю от родных? Нет. Наверное, грустно оттого, что закончились праздники. А прощаться с кем-то или с чем-то всегда грустно. Вот и город как-то погрустнел без гирлянд, нарядных ёлок, фигур Дедов Морозов, Снегурочек, оленей… И люди опять скучные, тихие. Видно, отдыхают после веселья. Интересно, а смогли бы люди и дальше веселиться, петь, шутить, если бы праздники длились месяц или год? Нет, не смогли бы, наверное".
В коридорах общежития тоже было пусто. Не зря так удивилась Матрёна Свиридовна на входе:
– Чего так рано заявилась? Ваши только к вечеру соберутся, а некоторые и утром прибегут.
– Билетов на вечерний автобус не было.
– А… Понятно, – ответ вполне устроил вахтёршу.
Но Лена приехала ранним воскресным автобусом вовсе не из-за билетов. Она боялась, что Серёжа позвонит ей, когда она будет ехать в транспорте. А разговаривать с любимым, когда тебя слушают чужие люди, она бы не сумела. Значит, пришлось бы ограничиться дежурными фразами. Сергей звонил ей только по выходным. В другие дни почему-то не удавалось. И она с нетерпением ждала эти звонки.
А пока решила навести порядок в комнате. Поснимала все новогодние украшения, выбросила пожелтевшие сосновые ветки, вытерла пыль, вытряхнула коврик. Умылась и села пить чай. И тут раздался долгожданный звонок. Они проговорили почти час. Сергей сообщил, что он в увольнении, сидит в кафе, у него всё хорошо. Лена сказала, что ей очень жаль, что он так далеко. Он просил её набраться терпения, не волноваться, просто ждать. Вот уже три месяца прошло, осталось всего девять. Лена не рассказала о своём плане на лето – боялась сглазить. Но тут же заявила Сергею, что стала ужасно суеверной. Таня, заметив, какая счастливая ходит Лена после звонков Сергея, посоветовала заколоть булавку где-то на одежде от сглаза.
– Представляешь, я после каждого твоего звонка закалываю булавку, и теперь вся в них как ёжик.
– Главное, к магнитам близко не подходи, – серьёзно посоветовал Сергей, – а то прилипнешь и станешь трепыхаться, как бабочка. Кто тебя освободит? Я далеко.
– А ты к местным девушкам близко не подходи!
– Да? Почему раньше не сказала? Я не знал, что нельзя.
Весь день Лена ходила счастливая. Вечером приехали Татьяна и Нина. Стало шумно и весело. А утром опять начались трудовые будни.
В начале февраля Лена стала придумывать, что бы ей подарить Серёже к празднику. Она уже посылала ему разные вкусняшки, но здесь требовалось что-то особенное. Посоветовалась с Татьяной.
– Можно хорошие рыбные консервы, икру, чёрный шоколад.
– Да, – согласилась Лена, – но это еда. А я хочу подарок, чтоб надолго остался.
– Тогда свой портрет в золочёной рамке, – засмеялась Танька.
– Я серьёзно спрашиваю, – обиделась Лена.
Они даже сходили за советом к одному студенту, отслужившему в армии.
– Мне моя девушка подарила такой набор с кремом, лосьоном, одеколоном. А икру и шоколад тоже можно, – сказал тот.
И девушки отправились в магазин. В парфюмерном отделе улыбчивая продавщица показала целый ряд наборов, о которых говорил бывший солдат, и выложила маленькие пробники.
Лена вдохнула один запах, другой… Он показался ей отвратительным, её замутило, голова пошла кругом, ноги сделались вялыми, как будто из них вдруг исчезли кости. И она бы свалилась на пол, если бы стоявшая чуть позади рослая и сильная Татьяна не подхватила её. Вдвоём с выскочившей из-за прилавка продавщицей Лену отвели и усадили в кресло. Взглянув на бледное лицо подруги, Татьяна вызвала скорую. Врачи явились буквально через пять минут – были на вызове в соседнем дворе. Усталый пожилой врач послал Татьяну купить простой воды, сам измерил пульс и давление, порасспрашивал о чём-то тихо. И сказал громко: "Всё в порядке. Сейчас воды выпьете и потихоньку идите на свежий воздух. А завтра к своему врачу."
Прибежала запыхавшаяся Татьяна, напоила Лену.
– Что с тобой было? – спросила с беспокойством. – Я думала, в больницу заберут.
Лена улыбнулась.