Сергей непроизвольно схватился руками за голову. Аппарат противно запищал.
– Спокойно, молодой человек. А теперь серьёзно: мы вас осмотрим, выполним необходимые процедуры, а потом вот эта девушка всё вам принесёт. Но помните: у вас постельный режим.
Через полчаса Сергей уже названивал Лене, но она была вне зоны доступа. Он не особенно встревожился, подумал, что она на лекции отключила телефон. Поговорил с мамой. Ничего рассказывать не стал, сказал только, что подвернул ногу. Потом проверил телефон – никаких сообщений не было, хотя он точно помнил, как пискнуло за спиной. Молчал телефон Лены и вечером, и на следующий день, и на следующий… Сергей от беспокойства напридумывал кучу разных несчастий, случившихся с Леной. Корил себя, обзывал дебилом, болваном (и это были самые мягкие выражения), за то, что не попросил номера телефонов Татьяны и другой соседки по комнате. И, наконец, догадался позвонить отцу. Объяснил своё беспокойство и попросил найти Смирнову Лену или её подруг с филфака.
– Папа, для меня это важно, – кричал от волнения Сергей. – Я люблю её. Я есть, спать, дышать не могу.
– Спокойно, сын. Я тебя понял. Всё узнаю и тебе сообщу, – пообещал отец.
А утром, ещё до обхода, главврач лично привёл к Сергею следователя военной прокуратуры. Перед этим они побеседовали в кабинете.
– Вы разберитесь. Ведь он не просто свалился сам по себе – его столкнули, – говорил врач.
– Откуда вам это известно?
– Когда его забирала скорая, один солдат тайком шепнул водителю, а тот потом врачу сказал.
– Хорошо, я вас понял, – следователь сделал пометку в блокноте.
Он долго расспрашивал Сергея и тот рассказал честно и о сержанте-садисте, и о группе провинившихся. Почему-то Сергей поверил, что этот следователь не спустит дело на тормозах.
Лена почти всё время лежала на кровати, отвернувшись к стене, не разговаривала, не плакала. Переменилась она как-то в один миг, и подруги не могли понять, что с ней произошло. В первый день они просто не трогали её, но на другой Татьяна не выдержала. Первым делом отправила Ниночку в магазин, вручив длинный список необходимых покупок. Потому, что ещё при знакомстве Ниночка предупредила:
– Девочки, вы мне свои секретики не говорите. Я обязательно проболтаюсь кому-нибудь. Не со зла. Просто такой болтушкой я уродилась.
И вот наедине с подругой Татьяна попыталась пробиться к сознанию Лены. Но та не реагировала на длинные тирады. Наконец, осознав бесплодность своих попыток, Таня прибегла к шантажу:
– Хорошо! Тебе наплевать на всё и всех, и на саму себя. Ты решила заморить себя голодом, уже два дня не ешь, почти не пьёшь, ну и пожалуйста. Но ты же и ребёнка своего не кормишь. Так вот, я молчать не стану, сейчас вызову скорую. Пусть тебя в психушку забирают и через зонд кормят. Или ты встаёшь и обедаешь – или я звоню.
Лена поднялась, села за стол и начала есть. Потом так же молча легла на кровать и отвернулась. Когда наступило время ужина, шантаж повторять не пришлось, Лена сразу подчинилась Татьяне.
Пётр Иванович, приехав в университет, подозвал старосту группы и спросил, сможет ли тот разыскать студента другого факультета, зная только фамилию и имя.
– Легко, – ответил тот.
– Тогда я опрошу вас разыскать одну девушку, Смирнову Елену. Чтобы не было никаких кривотолков, объясню. Это девушка моего сына. Он сам не может её разыскать, так как сейчас далеко. Телефон её не отвечает. Выясните, где живёт и ещё с ней живут две студентки. Одну из них зовут Татьяна. Желательно узнать и их телефоны тоже.
Парень кивнул и ушёл. Через два часа Пётр Иванович знал адрес общежития, номер комнаты и телефоны подруг. После последней лекции он поехал знакомиться с Леной, предварительно позвонив её подруге.
Татьяна ждала его у входа и коротко рассказала о странном поведении Лены. О ребёнке упоминать не стала. Проводила в комнату.
– Разрешите сесть? – спросил Пётр Иванович
Лена молчала. Тогда он подошёл к её кровати и скакал:
– Меня зовут Пётр Иванович Круглов. Я отец Сергея, вашего знакомого. Он очень волнуется и переживает оттого, что вы не отвечаете на его звонки. Лена никак не реагировала.
– Послушайте, Лена, я не знаю, что произошло между вами, в чём виноват мой сын. Но мы же живём в цивилизованном мире, где даже преступникам объясняют их вину, прежде чем осудить. И тут Лена вскочила, вытянулась в струнку и прокричала ему в лицо:
– Ваш сын – предатель! Он обманывал меня, а я так верила ему, так любила…
И закрыв лицо ладонями, Лена разрыдалась.
Татьяна, присевшая в уголке, ахнула, а Пётр Иванович, ожидавший чего-то подобного, рассудительно сказал:
– Вы уверены в этом? Давайте спокойно разберёмся.
– Чего там разбираться? – сквозь слёзы сказала Лена, – Мне позвонила его новая девушка. И вот…
Достала из-под подушки свой телефон, включила и показала злополучную фотографию.
– Это какая-то ошибка, – сказал Пётр Иванович. – Сергей вчера мне звонил, уверял, что вас любит. Процитирую: "Я жить без неё не могу, дышать не могу". Какая, на фиг, девушка?!