Радостные новости добавили свадебному дню ещё больше торжественности. Лорен тут же включилась в последние приготовления, помогая Амели с причёской и украшениями.
К полудню в поместье начали съезжаться гости. Приехал лейр Максимилиан Касар, несколько соседних семей, друзья Рейнара и даже представители от короля Сольтерры – свадьба поставщика королевского двора была событием, достойным внимания.
Рейнар ждал у алтаря в местной церкви, облачённый в тёмно-синий камзол с серебряными пуговицами. Он выглядел взволнованным, но счастливым, а его каштановые волосы были тщательно уложены.
Церемония проходила в небольшой часовне. Старые каменные стены были украшены гирляндами из белых роз и плюща, а между рядами скамеек были расставлены вазы с полевыми цветами.
Когда Амели в сопровождении Хэмонда вошла в часовню, среди гостей пробежал восхищённый шёпот. Она была прекрасна в своём простом, но изысканном платье, с венком из роз в волосах и букетом лаванды и полевых цветов в руках. Её лицо светилось от счастья, а глаза были устремлены только на Рейнара.
Церемония была трогательной и красивой. Молодые обменялись клятвами верности, написанными ими самими, и в этих словах звучала такая искренность и любовь, что многие гости украдкой вытирали слёзы.
– Рейнар, берёшь ли ты Амели в жёны, обещаешь ли любить её в радости и печали, в богатстве и бедности, в здравии и болезни? – спросил священник.
– Беру и обещаю, – твёрдо ответил Рейнар, глядя в глаза невесты. – И обещаю поддерживать все её увлечения, даже если они приведут к неожиданным переменам во внешности.
Среди гостей пробежал тихий смех – история с экспериментами Амели стала местной легендой.
– Амели, берёшь ли ты Рейнара в мужья? – обратился отец Маркус к невесте.
– Беру, – ответила Амели дрожащим от волнения голосом. – И обещаю предупреждать о рискованных экспериментах заранее. Почти всегда.
Последние слова вызвали новую волну тихого смеха, а Рейнар покачал головой с притворным отчаянием.
Когда молодые поцеловались, скрепляя свой союз, часовня взорвалась аплодисментами. Лорен, сидевшая в первом ряду рядом с Этьеном, вытирала слёзы радости, а я чувствовала, как сердце переполняет гордость за свою младшую дочь.
После церемонии мы вернулись в поместье, в наш сад, где под большими дубами были расставлены длинные столы, покрытые белоснежными скатертями. На столах красовались букеты из садовых роз, а над головами гостей были протянуты гирлянды из фонариков, которые должны были зажечься с наступлением сумерек. Дори и ее помощники нанятые на праздник повара, превзошли себя – на столах красовались жареная дичь, рыба в травах, свежие овощи из наших огородов, фрукты и множество сладостей.
– За молодых! – провозгласил тост лейр Максимилиан, поднимая бокал с лучшим вином из погребов Касаров. – За любовь, которая побеждает все препятствия!
Вечер прошёл в танцах, музыке и весёлых разговорах. Рейнар не отходил от Амели ни на шаг, а она светилась от счастья. Лорен и Этьен рассказывали удивительные истории о Серебряных островах, их обитателях и невероятной красоте тех мест.
Когда гости начали расходиться, а молодожёны удалились в свои покои, мы с Хэмондом остались на террасе, наслаждаясь тёплым вечерним воздухом и звёздным небом.
– Думала ли ты год назад, что всё сложится так хорошо? – спросил он, обнимая меня.
– Никогда, – честно ответила я. – Когда мы бежали из Лавении, я думала только о том, как выжить, как защитить дочерей. А теперь…
– А теперь у нас процветающее производство красителей, – перечислил Хэмонд. – Амели создала уже пять новых оттенков, которые пользуются большим спросом в столице. Маслодавильню почти восстановили, и в следующем году даст первый урожай. Лорен счастлива в замужестве и ждёт ребёнка. Амели вышла замуж за прекрасного молодого человека. Роберт помолвлен с умной и доброй девушкой.
– И я замужем за самым лучшим мужчиной в мире, – добавила я, поворачиваясь к нему лицом.
– А я женат на самой удивительной женщине, которая умеет превращать любые испытания в новые возможности, – ответил он, целуя меня.
Два года спустя
Весеннее солнце заливало гостиную поместья, где я сидела в кресле-качалке, убаюкивая маленькую Элизу – дочь Лорен и Этьена, названную в мою честь. Крошка была удивительно спокойным ребёнком с тёмными волосами отца и выразительными глазами матери.
– Ну что, красавица моя, устала от бабушкиных песен? – тихо спросила я, передавая малышку Лорен, которая протянула руки за дочерью.
– Спасибо, мама, – улыбнулась Лорен, принимая Элизу. – Ты так нам помогаешь.
В этот момент в гостиную вошёл Этьен, всё ещё запылённый после верховой прогулки, но с довольным выражением лица. Он наклонился и нежно поцеловал Лорен в щёку, а затем с обожанием посмотрел на дочь.
– Как мои девочки? – спросил он, садясь на подлокотник кресла жены. – Элиза не капризничала?
– Наша дочь – ангел, – ответила Лорен, любовно глядя на мужа. – Как и её отец.
– … и потому я считаю, что три новые грядки – это разумный компромисс, – раздался от двери голос Хэмонда, который вошёл вместе с моей младшей дочерью.
