Именно в этот момент мать и поняла, что впервые потерпела поражение. Очередная девица на деле оказалась для сына единственной и неповторимой – он предпочел ее матери. Лена смотрела на свекровь ясными глазами, без малейшей издевки или искорки торжества, но та вдруг похолодела и ответила новенькой взглядом скулящей собаки. Невестка заметила странность в поведении своей визави и будто бы удивилась и обеспокоилась произведенным впечатлением. Именно "будто бы" – для матери эти буквы словно горели в сознании оранжевым пламенем.
На свадьбе она всеми силами стремилась выглядеть счастливой, но все присутствующие женщины заметили ее раненый взгляд и принялись тихо шушукаться тайком от мужчин. Трагизм ситуации поделил их на два примерно равных лагеря – в соответствии с возрастом, разумеется. Молодая партия доказывала партии возрастной, что мать должна отдавать сына невестке с радостью, ведь никто не живет вечно, и не останется сын навечно в руках родившей его женщины. Его следует отпустить, думая о его счастье, а не о своем, в противном случае выходит самый неприглядный образчик чистейшего эгоизма. Взрослые женщины покачивали головами и пускались в длинные истории о несчастьях, постигших сыновей, пренебрегших материнским руководством в отношениях с противостоящим полом. Что знают мужчины о женщинах? Да ровным счетом ничего! Либо они изнывают от сексуального восторга, либо ненавидят фригидных спутниц жизни, так и не поняв собственной роли в обеспечении великого равновесия. Видел ли кто-нибудь мужчину, способного выделить из толпы не женщину эротически привлекательную, а ту самую, которая одна из всех сможет примириться с уймой недостатков своего избранника? Никогда не видел свет такого мужчины. Они – рабы секса. Они в общем не требуют ничего другого, разве только сына. И то не всегда. Они всегда готовы играть, транжирить, ходить налево и множеством иных способов демонстрировать свою непригодность к семейному счастью. В большинстве случаев единственным спасением мужчины для достойной жизни оказывается по наитию правильно выбранная женщина. Точнее, встреча с женщиной, согласившейся взять на себя добровольное бремя спасения самца от вырождения. К сожалению, без мужчины пока невозможно завести детей, пусть даже этот мужчина выступит только в роли донора спермы. Так если нельзя обойтись без него вовсе – лучше выбрать его самой, чем полагаться на добросовестность материально заинтересованных в конвейерном производстве врачей!
Свадьба закончилась без скандала, семейная жизнь сына поначалу велась в родительской квартире, но Лена не пыталась вытеснить свекровь с кухни, даже всячески подчеркивала при каждом случае свой статус подмастерья. Мать редко на нее смотрела, почти никогда с ней не заговаривала по собственной инициативе. Если такая необходимость все же возникла, подсылала вместо себя мужа и, поскольку темы затеваемых им разговоров носили чисто женский характер, Лена всегда понимала, чье поручение выполняет свекор. Внешне невестка оставалась безразличной к происходящему, наедине с мужем плакала и требовала избавить ее от дальнейших издевательств. Полуярцев растерянно поглаживал ее по плечу и бормотал невнятные слова утешения, хотя искренне не понимал причин женской неврастении.
Прошли годы, карьера служащего стремительно развивалась и обеспечила молодой семье сначала съемную квартиру, затем отдельный домик на окраине города, приведший Лену в неописуемый восторг. Полуярцевы-старшие редко посещали резиденцию детей, и всякий раз обставляли визиты таким образом, чтобы не оставалось сомнений – они навещают внуков. Лена на новом месте расцвела и отдавалась хозяйству со всей своей безграничной энергией. Андрей Владимирович вспоминал ее истерики как нездешний кошмар, все складывалось хорошо, пока мама вдруг не умерла.
Она болела, конечно, но тем же, чем болела всегда – аритмией и варикозом. Известных сыну новых хворей не появлялось, и он уверился в материнском здоровье на веки вечные. Мысли о неизбежной смерти родителей в голову ему никогда не приходили, теперь он курил на крыльце своего дома и пытался понять, почему. Он ведь не маленький мальчик и не должен верить в бессмертие папы и мамы. Затем подумалось: а зачем человеку знать о смертности родителей? Именно знать, ведь все взрослые люди понимают: единственный способ никогда не увидеть похороны родителей – умереть раньше. Все люди смертны – какая бесспорная истина! Какая вечная и непреложная истина. Потому и бесспорная, что лишь безумцы бросают ей вызов и терпят неминуемый крах. Каждый уверен в неизбежности смерти родителей, своей собственной, своих детей и даже внуков. Все когда-нибудь умрут. Тогда зачем вообще нужна жизнь? Зачем начинать то, что обязательно кончится? Кому понадобился этот фокус мироздания, шутка всемогущего вечного Бога? Сигареты истлевали одна за другой, ответ не приходил, Полуярцев в растравленных чувствах вернулся в дом.
