- Не-а – раздалось в ответ. – Не хочу! Ты станешь замечательной «куколкой»,… и я буду весело играть с тобой… очень… и очень… до-о-о-олго! – Фредерика буквально смаковала каждое слово. – А если немного перестараюсь, тебя быстро починят! Так, теперь помолчи, я должна кое-что сделать…
- Пожалуйста… – всхлипнула Мариэль. – М-может мы см-мож-жем дог-говор-ритьс-ся?! Хоч-чешь д-ден-нег?! У-у м-мен-ня их мн-ног-го… я отд-дам в-все-е! Ил-ли м-мож-жет я м-могу что-то сдел-лать?! У-у м-мен-ня есть св-вяз-зи…
- Слушай, да заткнись ты уже!!! – рявкнула Фредерика. – Будешь говорить, когда я разрешу! А пока – молчи!
С этими словами она вытащила из ящика моток клейкой ленты и залепила пленнице рот.
- Так-то лучше – пробурчала Луциан и занялась разбором инструментов. Несколько она отправила в небольшую кастрюльку, которую сразу же поставила на плитку, остальные же неторопливо вымыла под краном. Затем включила точильный круг и принялась любовно возвращать садистским орудиям их остроту. Каждый раз, когда на пол летел сноп искр, Фредерика довольно улыбалась.
Но вот работа была закончена, и Луциан вновь переключила внимание на пленницу.
- Ита-а-ак… – протянула она, медленно пробегая пальцами по разложенным острым железякам. – С чего бы начать? С этого?! – Фредерика эффектно крутанула в руке узкий нож, в виде полумесяца. – Или с этого?! – вытянула она тонкий стальной крючок. – О-о-о! Знаю, знаю! Мы будем играть в семью! – С этими словами Луциан выскочила за дверь.
Вернулась она примерно через полчаса с плотно закупоренной пробиркой, внутри которой извивалась какая-то белесая тварь.
- Ну, во-о-от!!! – довольно протянула девчонка. – Сейчас и начне-е-ем!!! Ты будешь мамой… правда, когда твой «ребеночек» родится, тебе придется зашивать животик,… но это же такая мелочь, правда?!
От ужаса глаза Мариэль едва не вылезли из орбит. Она громко замычала и стала извиваться, едва не ломая руки в оковах, но освободиться не смогла. А Фредерика медленно приближалась к жертве с безумной улыбкой на губах…
И вдруг за спиной садистки прямо в воздухе открылась широкая черная щель! Из нее высунулась тонкая изящная рука с бледной кожей, которая мертвой хваткой сцапала мелкую за шкирку!
- Попалась, засранка – раздался холодный женский голос. – Я так и знала, что ты скоро вернешься сюда.
- Ой-ой, Хеленочка-а-а-а!!! Пусти-и-и-и!!! – заверещала Фредерика.
- Непременно… после того, как размажу тебя по полу! – послышалось в ответ. – Я вроде бы четко сказала
- Ой-ой-ой!!! Хеленочка, сжалься! – голос мелкой сорвался на панический визг. – Я не нарочно! Я не хотела! Это вышло случайно! Ну, дай мне хоть «куколок» забрать!
- За пару дней с ними ничего не случится! – резко произнесла невидимая женщина и одним движением утянула Фредерику в разрыв, который тут же закрылся. Пробирка со звоном шлепнулась на пол, но к счастью, не разбилась и не открылась. Однако буквально через минуту стекляшка чуть откатилась в сторону,… а затем покатилась и стукнулась о железную ножку стола! Потом еще раз… и еще…
Сидящая внутри тварь пыталась выбраться наружу! Поняв это, Мариэль затряслась, словно осиновый лист.
«Пожалуйста! Пожалуйста!» – мысленно принялась просить она. – «Пусть кто-нибудь меня спасет! Я исправлюсь… честно слово, исправлюсь,… только заберите меня отсюда»!
Горын и Шрам неторопливо шли к высокому крыльцу, осматриваясь по сторонам.
Территория заведения содержалась в идеальном порядке: трава аккуратно подстрижена, дорожки чисто выметены, деревья и кусты облагорожены – ни единого лишнего листочка или торчащей веточки. Стены здания сияли свежей побелкой, решетчатые ворота выкрашены в зеленый, а каменная кладка ограды явно была отдраена каким-то особым раствором – никакой тебе плесени, паразитических грибков и грязных брызг. Ступеньки крыльца были выложены отполированной мраморной плиткой, сверкающей на солнце, а массивные двустворчатые двери покрыты затейливой резьбой на старинный лад и выкрашены в темно-ореховый оттенок.
Однако друзья очень быстро поняли, что это – лишь красивая обертка, под которой может скрываться крайне неприятное и даже мерзкое содержимое! Стальные пики поверх ограды, казалось, только и ждали, чтобы на них кто-нибудь напоролся. Решетки на окнах первого этажа надежно отрезали путь к спасению, а пожарный выход, мельком попавший в поле зрения друзей, был забран тяжелой железной дверью, которую вряд ли можно было вскрыть без «болгарки» или взрывчатки.
Дальше стало уже не до осмотра, ибо Неспящие достигли входных дверей. Семен осторожно потянул за ручку, и высокая створка послушно распахнулась.
Сразу же за порогом друзей встретил работник учреждения – высокий кряжистый мужик с короткой стрижкой, в выцветшей серой рубахе и штанах того же цвета,смахивающих на рабочие. Рожа его Неспящим не понравилась сразу – грубые черты были словно вытесаны из полена, взгляд прищуренных глаз – колючий и цепкий, брови сдвинуты.
