– Да, – я повернулся к ней.
– Возьми меня с собой. Пожалуйста. Давай, я стану твоей второй ученицей?
Я вздохнул.
– Маниша, ты сама все знаешь… Если твой отец не найдет тебя здесь живой и здоровой, он перевернет весь Шар. А затем всю империю.
– Я напишу ему письмо. Все объясню и…
Я покачал головой. В какой-то мере предложение было заманчивым. Стешка была для меня кладом. Мы проболтали всю ночь, сначала о жизни, потом перешли на магию. То, что мне рассказала девочка за эти насколько часов, во многом переменило мои взгляды на построение схем. Это не полуграмотный бывший воин, чью память, и то частично, я использовал. В ней чувствовалась школа. Многовековая, со структурными знаниями. Тут еще неизвестно, кто у кого учиться будет. Но, к сожалению, сейчас этот вопрос не решался… Ее папаша итак будет меня искать. Но если Маниша будет дома, то поиски эти будут не такими тщательными. А вот если она сбежит со мной, страшно подумать, что начнется. Мертвому знания ни к чему.
– Послушай, Маниша, – прервал я ее. – Я никак не могу тебя с собой взять…
Она с таким отчаянием уставилась на меня, что я вдруг запнулся. Да что ж это такое? Стокгольмский синдром? Впрочем, для меня эта девочка тоже перестала быть чужой за эту ночь…
– Но я оставлю тебе кое-что, – я снял с плеча мешок и вытащил оттуда одну из сделанных вчера раций. – Если так выйдет, что я снова окажусь в Шартане, я вызову тебя. Обещаю.
Вложив в ее руку артефакт, я повернулся и, не оглядываясь, вышел.
Не до сантиментов сейчас. Утром я связался с послом. Карета, кучер и Дина будут готовы через полчаса, а мне еще надо забежать к Целии за деньгами. Удастся ли незаметно вытащить из экипажа и Дину и деньги – еще большой вопрос. Да и разве денег много бывает?
Странно, но перед домом Цепалы больше не было ни бомжей, ни кареты. Прогулочным шагом я дошел до магазина, поднялся по ступенькам к двери и застыл. Рядом с дверью, на большой доске, прижатой мутноватым стеклом, висело объявление. На русском.
Перечитав дважды, я толкнул дверь и вошел в магазин.
Целия вышла из подсобки на звук хлопнувшей двери и улыбнулась, увидев меня.
– Терр Тритий, – поприветствовала она меня.
– Доброе утро, Целия. Что это за странный документ висит у вас рядом с дверью?
– О, вы не поверите, сам дель Виль ко мне пожаловал, – проговорила она, закрывая дверь магазина на засов, а затем достала из-под прилавка коробку с деньгами. – Попросил, чтобы я повесила это, как он выразился, письмо. Пообещал активизировать поиски брата, – добавила она, вздохнув.
– Так и не было никаких вестей?
– Ничего, – покачала головой она, отсчитывая пятисотенные купюры. – Терр, ягоды уходят влет! Я за эти два дня сделала годовой оборот. И это только работая с постоянными клиентами.
– Вот, Целия, возьмите еще, – выложил я два мешочка на прилавок. – Я вынужден покинуть Шартан на некоторое время, пусть у вас будет запас.
– Когда терр вернется? – в голосе женщины послышалась озабоченность.
– Надеюсь, через две-три седмицы, – ответил я, складывая пачки денег в мешок. – В крайнем случае передам вам ягоды с оказией.
– Вы даже не пересчитали, – заметила она, пряча принесенный мною товар.
– О, я уверен, что вы не ошиблись, уважаемая Целия. К сожалению, вынужден откланяться. Срочные дела.
– Удачи вам, терр, – проводила меня женщина до двери.
Выходя, еще раз кинул взгляд на доску. Нет, не привиделось. Все планы летели к чертям. Достав рацию, я вызвал Лидика.
– Малой, ты где?
– На причале, как договаривались, – прохрипела деревяшка искаженным детским голосом.
– Планы изменились, – проговорил я, оглядываясь. Хвоста не было. Или следили профи. Быстрым шагом я двинулся к центру города. – Беги к восточным воротам. Выходи наружу и стой возле дороги, жди указаний. Как понял?
– Бежать к восточным воротам, выходить в посад и ждать указаний возле дороги, – привычно повторил Лидик и отключился.
Я быстрым шагом дошел до ратушной площади и подошел к стоянке экипажей. Местное такси, так сказать. Выбрав самую солидную карету, подошел к вознице.
– Свободен?
– Еще как, – ответил мне молодой парень в серой шляпе и щегольской куртке, сидящий на козлах.
– Гони к восточным воротам, – сказал я, кидая ему двухзлатниковую монету и запрыгивая в экипаж. – Получишь еще столько же, если все будешь делать быстро.
– Не сомневайтесь, ваша светлость, – стегнул кобылу возница.
