– Я не говорила, – пробормотала я, перебирая струны. – Но у меня тоже прорезались некоторые способности. Посмотрев в глаза, я понимаю, что человек чувст вует…
– Во как, – хмыкнул Андрей и добавил по-русски: – Интересно девки пляшут…
– И давно у тебя так? – спросила Диана, внимательно рассматривая меня.
– Это началось, когда мы с тобой в лесу одни остались.
Вадим подошел ко мне.
– Давай я тебя осмотрю. Можешь амулет снять? – попросил он.
– Я нормальная, если ты об этом, – вздохнула я и сняла костяной браслет, украшенный драгоценными камнями, который подарила мне Диана взамен моего деревянного амулета. Тот просто невозможно было надеть с этим платьем. – Ну, смотри.
Вадим некоторое время рассматривал меня со всех сторон, потом вдруг махнул рукой и вернулся в свое кресло, заявив.
– Никаких отклонений я не вижу.
– А их и не будет, – проговорила Диана, постукивая пальчиком по столу. – У нас таких женщин называют чувствующими. Они рождаются очень редко и в основном от связи между мужчиной стехом и женщиной шодом. И, как правило… – Она замолчала.
– Что? – тихо спросила Динари, не выдержав.
– Долго не живут, – опустила глаза Диана. – Прости, Ира, за откровенность, но я должна тебя предупредить. Чувствующих убивают при первой возможности.
Я оцепенела от страха. Кто меня за язык тянул?
– Зачем их убивать? – спросил Беркут. – Полезные же люди для спецслужб.
– Их невозможно обмануть. А еще они видят тех, кто подвергся подчинению. Поэтому нелюди специально таких женщин выслеживают и нанимают… – Диана запнулась, что-то вспоминая, – киллеров.
Беркут покачал головой, подошел ко мне и положил руку на плечо.
– Ир, не переживай. Предупрежден, значит вооружен. Никто из присутствующих ничего никому не скажет, ведь так?
Андрей обвел взглядом всю компанию.
– Не скажем! – сказала Динари, закрывая рот ладонью. Диана и Вадим просто кивнули.
– Ты во мне что-то видишь? – вполголоса спросил Вадим, снова приблизившись.
Трясясь от страха, я посмотрела ему в зрачки. Вадик боялся того, что я увижу. Очень любил Динари. Но, кроме его чувств, были и другие. Клубок чужих, нечеловеческих ощущений хлынул на меня потоком.
– Он хотел, чтобы ты присмотрел за его дочерью, – каким-то не своим, хриплым голосом проговорила я.
– Кто?
– Я не знаю. Стех, наверное. Кераль, или как там его… Или тебе еще кто-то в глаза смотрел?
– За какой дочерью? – не понял Вадим.
– Динари. Она – его дочь.
Все посмотрели на девушку. Испуганно глядя на нас, она пробормотала:
– Я? Кераль был моим отцом?
– Похоже, что так, – я вздохнула.
– Санта-Барбара прямо, – хмыкнул Беркут. – Ладно, пошли собираться. У нас еще бал впереди, едри твою дивизию.
Выразился он, конечно, по-русски.
Ночной Захран был невероятно красив. Карета ехала недолго, но мы с Динари успели оценить световые инсталляции местных иллюминаторов. Что-то подобное происходит у нас перед Новым годом. Каждый из дворцов светился своей особенной подсветкой, а дворец Дингера, до которого мы доехали за десять минут, сиял как новогодняя елка.
Кареты одна за другой заезжали в распахнутые ворота и, сделав круг, останавливались перед крыльцом. Слуги, в ливреях с пикирующим орлом, гербом герцога, открывали двери кареты, помогая гостям выйти, и провожали в дом. Как мы договорились ранее, первыми подъехала Диана, Беркут и Ирина, ну а потом уже подкатили мы с Диной.
Одеяние, которое мне сшил портной, оказалось вполне удобным и выглядело на редкость элегантным. Бархатные коричневые штаны, сужающиеся книзу, забавные кожаные ботинки с длинными носами, широкий пояс, на котором висел красивый кинжал в позолоченных ножнах, подаренный мне Дианой, и белая рубашка с перевязью видящего делали меня персонажем из сказок «Тысячи и одной ночи». Легко соскочив со ступенек кареты, я подал Дине руку, и мы направились за Беркутом, который, как султан, шел в окружении двух девушек. Я заметил, как на Дину кидают восхищенные взгляды. Да, да, завидуйте, есть на что посмотреть! Темно-зеленое платье с блестками до пола и открытые плечи делали ее очень хрупкой и невероятно привлекательной. Правда, девочка с трудом шла, время от времени опираясь всем весом на мою руку – что поделаешь, нет у нее навыка хождения на каблуках, пусть и небольших. Но, надеюсь, это было не слишком заметно.
– Барон Андрей дель Беркут и баронесса Диана дель Мио, – услышал я громкий голос впереди. – Баронесса Ирина дель Беркут, выступающая, – продолжил объявлять герольд.
Мы приблизились к большой, распахнутой двери, за которой раскинулся огромный зал, освещенный тысячами светляков. Внутри находилось довольно много народу. Едва мы перешагнули порог, как рядом прокричали:
– Терр Тритий со спутницей!
– Мне, кажется, я попала в сказку, – тихонько пробормотала Динари, в изумлении оглядываясь вокруг.
