Зудас так и не ответил на это предложение, слишком долго взвешивая все плюсы и минусы. Теперь же такое соглашение лишено всякого смысла. Разве только на перспективу…
– Вы сжимаете мне горло! – воскликнул градоправитель, а затем посмотрел на недоумевающего республиканского стража. – Соглашение не так однозначно, как может показаться на первый взгляд! Город будет связан взаимными обязательствами на долгие годы и слишком многое в этом соглашении завязано на Ивана!
Неос Кафа вёл себя сдержанно. Вероятно, градоправитель подробно растолковал ему, какого человека страж пытался арестовать злополучной ночью. Ещё он мог показать ему реальное положение вещей с городским бюджетом, точнее, с гарантированным дефицитом городского бюджета.
– Я предлагал вам рецепт выхода из затяжного пике, ведущего ваш город к самому дну долговой ямы, – пожал Иван плечами. – Поймите – всегда приходится чем-то жертвовать ради своего дальнейшего благополучия. Я, например, сейчас жертвую перспективами серьёзно вложиться в этот город, превратить его в домашнюю область своего очень перспективного предприятия, наладив здесь мощное промышленное ядро, построенное на высоком уровне организации труда и инновациях. Но вместо этого я вынужден фактически бежать от гневающейся толпы, которая жаждет моей смерти в отместку за убитых налётчиков, посягнувших на мою собственность. Печально ли это? Да, печально. Могу ли я что-то с этим сделать? Нет, не могу. Мне жаль, что всё так получилось, но в этот раз цех цирюльников победил. Это не остановит прогресс, лезвия и станки будут привозить в этого город в коммерческих масштабах, потому что спрос есть и будет всегда, но именно сегодня цех цирюльников победил. Пусть они насладятся этой победой.
Градоправитель Зудас раздражённо скрипнул зубами.
– Возможно, прибудь стража вовремя, кровопролития удалось бы избежать… – вздохнул Иван. – Но я никого и ни в чём не виню. Каждый выполняет свою работу в меру собственной компетенции. У вас есть ко мне ещё какие-то вопросы?
Градоправитель и республиканский страж молчали несколько десятков секунд, обдумывая слова Ивана.
– Что вы хотите создать здесь через несколько лет? – спросил Зудас.
– Не знаю, возможно, торговое представительство, – пожал Иван плечами. – В зависимости от того, как пойдут дела в Фелице. Может, меня там просто прикончат конкуренты, от греха подальше, после чего всё угаснет само собой.
– Так смысл вам туда ехать, если там есть такая опасность?! – воскликнул градоправитель.
– Здесь меня точно прикончат, рано или поздно, – улыбнулся Иван.
– Страж Кафа обеспечит безопасность вам и вашим сотрудникам! Ни одна шавка Шайка не посмеет напасть на вас! – зацепился Зудас.
– Знаете… риск всё равно слишком высок, – покачал Иван головой. – Лучше я попытаю счастья в столице, где меня никто не знает, и все уже смирились с тем, что бритвенные лезвия будут производиться. Там проще расширяться, проще сбывать товары и вообще, конкуренция чуть более здоровая, чем в Еране.
Фелица сама по себе очень большой рынок сбыта. За последние триста лет столица Саскохора выросла в сто семьдесят раз, как гласит один старый статистический сборник. То есть сейчас столица даже больше размерами и населённостью, чем указано в сборнике. Десять лет назад в Фелице официально проживало свыше двух миллионов человек, в основном рабочих и частных ремесленников, а сейчас… Чтобы узнать актуальную статистику, нужно дождаться выхода статистического сборника, который запланирован через два года.
Интенсивные и многодневные бои, промонархически настроенного 14-го полка королевских стрелков против восставших, нанесли существенный ущерб народонаселению столицы, если верить слухам, но точно никто и ничего не знает. Сейчас, когда заря революции и кровавый ужас первых недель уже позади, жизнь в Фелице восстановилась, а бизнес начал наращивать доселе невиданные обороты. То, что раньше напрямую запрещалось королевскими законами, внезапно стало можно, поэтому в промышленных районах идёт грызня, грызня промышленников с промышленниками и спекулянтов со спекулянтами. Всё покупается и перепокупается, всё продаётся и перепродаётся. Дикий капитализм в чистом виде, со звериной мордой.
И в это место Иван собирается переехать. Правда, у него есть бесценный опыт существования в схожих условиях, когда наёмные убийцы не были разборчивы в методах и расстреливали свои заказы из автоматов, расстреливали в кафе, рубили топорами в домах, взрывали в машинах, резали ножами в парках – везде и всё, где удобно и что удобно. Вот уж не ожидал он, что такой опыт может вообще когда-нибудь понадобиться…
– Проклятье… – расстроенно опустил руки градоправитель Зудас. – Но как нам быть теперь?
