Мой суженый ещё пару минут устало и удрученно скулил, жалуясь на «гениальность» всего женского рода и выходки безумных баб, после всё же сел на кровати и похлопал рядом с собой по одеялу. Садиться с предателем не было никакого желания, и я упорно стояла около двери (на всякий случай даже приоткрыла её, пока Морозов стонал). Сузив глаза до маленьких щелок, он буравил меня взглядом до тех пор, пока не надоело.
— Не нравится она мне! Довольна? — воскликнул и вскочил на ноги. Он моментально оказался рядом со мной и крепко прижал к своей груди. Его белая рубашка пахла приятным мужским парфюмом и гелем для душа с цитрусами. Сильные руки прижимали за плечи и не собирались отпускать. В этих объятиях я чувствовала себя легко и спокойно, как никогда в жизни. Мне вдруг даже показалось, что моя душа сейчас улетит от счастья далеко вверх. Я была готова простоять так столько, сколько возможно. Лишь бы продлить это сладкое мгновение ещё ненадолго.
Этой ночью Стас остался у меня. То ли потому, что не захотел идти домой поздно, то ли расставание давалось ему слишком тяжело. Впрочем, как и мне. Я лежала головой на груди у парня и, тягуче хлопая глазами, смотрела русскую комедию. Он ласково, с особым трепетом поглаживал меня по спине и плечам. Как только мы снова переступили порог моей спальни, Стас в мгновение ока повалил меня на кровать и начал исследовать губами лицо. Миллиметр за миллиметром. Я таяла, превращалась в нечто лёгкое и невесомое, тонула в его руках. Время этой ночью тянулось нескончаемо долго.
Шли дни, мы успешно подготовились к двум зачетам и сдали их на отлично. Все преподаватели напропалую хвалили Артёма за усердие, за такие огромные достижения в учебе, за храбрость и стремление, но никто не вспомнил обо мне. Наш историк Людвиг Аристархович так и не вернулся из своего двухнедельного отпуска. По институту ходили слухи, что старик просто уехал жить за границу к своим внукам, которые уже давно его зовут к себе. Некоторые болтали, будто он лежит в больнице с каким-то приступом и не может сейчас появиться. Другие говорили, что нашего Люду просто уволили из-за старости и так называемого старческого маразма, следствием которого были теплые отношения с главным отщепенцем университета — Алисой Соколовой. Гарик вообще придумал неправдоподобную историю о том, будто видел недавно Людвига в центре с какой-то презентабельной бабулей. Они мило шли за руки и ворковали о чем-то своём. Также этот придурок растрепал всем, будто его жена уже двадцать лет как умерла, а значит наш преподаватель закрутил новый роман. И теперь ему не до учебы с какими-то жалкими бездарями.
— Здесь бездарь только ты, — беззлобно сообщила, доставая тетради из рюкзака. Ребята из группы громко рассмеялись, указывая Гарику на тот факт, что его опустила девчонка. Артём вальяжно расселся рядом за партой и сладко зевал. История, а именно семинар по ней и должен был начаться сейчас, проходила в большой подвальной аудитории со ступенчатыми рядами парт и лавочками, спускающимися вниз. Михаил Сергеевич по своему обыкновению опаздывал на первую пару, а значит можно было немного расслабиться.
— Слушай, Синячок, — вдруг подсел рядом Гарик и нахально положил свою тяжелую лапу мне на плечи, — а ты чего такая борзая стала?
— Слушай, обезьяна, — скинула его руку и презрительно фыркнула, — а ты чего такой тупой остался? Ах, ну да, в качалке же мозги не раздают.
Побагровевший от злости парень вскочил и уставился на меня, будто пытаясь прожечь дыру. Макаров сидел мирно и никому не мешал, вообще делал вид, будто не знает меня и рядом сидит лишь потому, что я сама сюда удосужилась приземлиться. Мне казалось, Гарик сейчас не выдержит и ударит меня, но тут нарисовался ещё один персонаж. Супермен местного производства. Славка встал между нами лицом к моему обидчику и грозно посоветовал.
— Лучше отстань от неё, а то хуже будет.
В данном случае Слава поторопился, потому что своим достаточно тощим телом он может только девушек летом на пляже распугивать, а не местного бодибилдера. Но тот в ответ лишь пихнул кулаком его в плечо и отправился восвояси. Артём в это время строил из себя человека, которому дела нет до разборок в аудитории. И это у него получалось просто отменно. Ни один мускул на лице не дрогнул, когда Гарик пылал от ненависти и вселенской обиды. Ну просто мраморное изваяние! Славка после удачно защищенной девичьей чести тоже пошел на своё место, но с таким гордым видом, будто только что спас весь мир от нашествия инопланетян, Годзиллы и большого зефирного человечка.
— Ты у меня ещё получишь, Синячок, — грозно пообещал с задней парты наш умник и моментально заткнулся, так как вниз по ступенькам с кучей методичек в руках бежал преподаватель.
— Что за шум, а драки нет? — поинтересовался Михаил Сергеевич. — Опять из-за тебя баталии тут устраиваются, Соколова? Тогда будешь отвечать первой. Хотя нет, сегодня будет отвечать первым Артём. Ну как, готов?
