Вот ведь зараза… Я снял с него купол, горько поморщившись.
— То есть, заставить тебя молчать я не смогу?
— Ну, громада, должно же быть что-то неизбежное в этом мире?
Я кивнул. А вот здесь Виол был прав… Неизбежно было то, что теперь я точно пойду в Храм Холода.
— Всё? — спросил я, — Больше ничего от Агаты?
— Она сказала, что ты не послушаешь… И просила повторить столько раз, сколько я смогу. Или ранить так, чтобы ты не смог идти. Но я этого делать не буду!
— Да уж, спасибо, — буркнул я.
— Я слышала от воинов, которые меня преследовали, — добавила Рогнеда, — Что они ждут какого-то лиственника. Насколько я поняла, в Храме Холода тебя ждёт ловушка.
— И не зря ждёт… — сказал я, — Благодарю тебя, Рогнеда.
Пайнская дева смутилась. Потом собрала всё своё оружие, рассовав по укромным местам. Собираясь уходить в ночную метель, она обернулась:
— Ты всё равно туда пойдёшь? В этих землях везде царит ересь, и даже настоятельница Храма уже поклонилась Тени Моркаты…
— Иди, Рогнеда, — я махнул, — Тебя проводить?
— Никому теперь меня не догнать. Я обогрелась у вашего костра и вдоволь наелась, — она усмехнулась, — Даже моя рана успела затянуться.
Я удивился, поняв, что даже забыл о том, что пайнка была ранена. Кровь у неё на рукаве так и осталась.
— Чему ты удивляешься? Мы же с вами, изгнанниками, одной крови. Пусть у вас осталась лишь капля от нашей, но вы тоже должны уметь заживлять свои раны. А уж о том, что холод не может застудить нашу кровь, ты и подавно должен знать.
— Есть такое, — проворчал я, решив не спорить, ещё кому и от кого досталась капля крови. Родственные отношения, они ведь такие — как начнёшь ругаться, так не остановишься.
— Благодарю тебя, бросс Малуш.
— До встречи, госпожа Рогнеда, — сказал вдруг Лука, — А мы к вам в гости зайдём.
— Не советую этого делать, — пайнка покачала головой, — В наших землях вас ждёт только смерть. Это закон.
— Так мы ж в гости, — Лука улыбнулся.
Пайнка ещё постояла некоторое время, а потом, развернувшись, исчезла в вихрях снега. Книгу она унесла с собой.
Я сразу снял магию с Креоны, но чародейка даже не шелохнулась.
— Ты тоже всё слышала? — спросил я.
Она кивнула, и я поджал губы. Смердящий свет! Тут вообще хоть на кого-то моя удивительная магия действует? Обидно… Даже спрашивать не хотелось, каким образом она обошла заклинание.
— Мы же пойдём в Храм Холода? — с надеждой в глазах спросила Креона, — Ты же не будешь выполнять веление моей матери⁈
Вы поглядите, как она запела.
— Как говаривал Маюн, — Виол важно поднял палец, — Послушай женщину и сделай всё наоборот!
— Естественно, не собираюсь выполнять, — прорычал я, с трудом сдерживаясь, чтобы не сорваться и не побежать туда уже сейчас, — Если с головы Агаты упадёт хоть волос, от Храма камня на камне не останется!
— Наверное, именно из-за этого Агата и попросила не приходить, — прошептал Виол.
Креона промолчала. С одной стороны, одна мысль о том, что кто-то хочет разрушить Храм, должна была привести её в праведный гнев. С другой стороны, там держали в заточении её мать…
Но как Агата там оказалась-то?
Подозреваю, что царь Могута Раздорожский послал Агату к северному царю Стояну, чтобы запросить помощь в войсках. А хладоградский царь тут уже вовсю погряз в ереси, помогать Раздорожью не собирался, и отправил Агату к настоятельнице.
Где чародейка обнаружила, что её Храм Холода уже не такой, как был до начала её путешествия. Поклониться Тени Моркаты наставница Креоны не захотела и оказалась в заточении.
Ну, везде одни предатели…
— Светает, — я посмотрел на метель, которая пока что была такой же тёмной, — Выдвигаемся.
— А как же патрули?
— Как раз они-то нам и нужны, — сказал я, — Так быстрее доберёмся до Храма.
— Ты, громада, понимаешь, что ты какой-то… эээ… не совсем светлый?
— Угу, — буркнул я.
— То ты прямо светлый и совестливый, а то вдруг крушишь всех направо и налево. Ты уж определись — светлый ты или тёмный?
— Уж точно не тёмный, — проворчал я, глядя на посветлевшее небо. Снег кончился, и солнце старательно разгоняло тучи.
— Но и не светлый, видит Маюн!
— А я как лиственный свет… Это когда вроде светлый, но пёстрый от теней.
— Шиповниковая ветвь! — гордо сказал Лука.
— Ну просто надо сначала думать, а потом уже бить, громада.
— Я должен думать⁈ — я искренне возмутился, — Это же они на нас налетели!
— Это всё нюансы. Тут хитрость нужна.
Виол воспитывал меня не просто так. Позади нас остался первый патруль, который вылетел на нас прямо с полей. Это были хладоградские дружинники, и с ними сразу всё пошло не так, как было задумано… Они с ходу пошли в атаку, даже не различая, кто из нас кто.
Ух, смердящий свет! Вообще-то, моя военная хитрость подразумевала, что мы сдадимся в плен и нас спокойно довезут до Храма Холода. Где я даже позволю провести себя через главные ворота, а уж там буду действовать по обстоятельствам.
