Сугробы были в два раза выше мальчишки… Но тот всё равно вышел вперёд со своим молотом и, прикрыв глаза, некоторое время просто молча стоял. А потом, вытянув оружие вперёд, ударил лучом.
Тот пронзил сугроб, который тут же задышал паром. Луч усиливался, снег шипел от жара, а потом вперёд сорвалось сияние такой мощи, что нам всем пришлось зажмуриться.
Лука стоял, улыбаясь и показывая пробитый вперёд коридор. Правда, всего-то на сотню шагов, не больше — дальше дорога резко шла под уклон. Но в любом случае, это было просто чудо!
— Я и забыл, что для тебя это плёвое дело, юный паладин, — улыбнулся я и потрепал пацана по вихрам.
— А я и ещё могу.
Это было хорошей новостью. Потому что теперь мы стали двигаться заметно быстрее, да ещё яркие вспышки света распугали всех хищников вокруг, которые уже явно надумывали нанести нам визит.
О том, что Нужник Моркаты уже близко, мы узнали по запаху…
— Фе-е-е, — Виол сморщил нос, — Какая вонь! Неужели это оно?
— Да, ущелье, — кивнула Креона, тоже морщась.
Странное это было ощущение. Такой погожий зимний денёк — лёгкий мороз и падающий снег, когда воздух лучится свежестью… но не здесь. Здесь хотелось закутать носы в накидки и не высовывать. Да и то, кажется, даже ткань мгновенно пропахла ужасным запахом тухлых яиц.
— Уф-ф, — я зажал нос ладонью. К этому нельзя было быть готовым, такого смрада я совсем не ожидал и уже подумывал было вернуться назад.
Да пусть меня лучше Бездна сожрёт, чем это…
— Срам-срам-срам, — протявкал подлетевший Кутень и чихнул, — Прям-прям-прям.
— Точнее и не скажешь. — Виол застонал, — Громада, я согласен идти даже в Хладоград, под плаху!
— Кажется, сегодня именно тот день, когда вылез Смрадник… — простонала Креона.
Она держалась до последнего, но нырнула за сугроб, и мы услышали, как её выворачивает. Я тоже уже испытывал рвотные позывы… Смердящий… нет, в сравнении с этим просто ароматный свет! На хрен!
— Даже не буду интересоваться, что за Смрадник, — сказал Виол, зажимая нос, — И так понятно. Грома-а-а-ада! Просто убей меня.
— Стойте, — приказал я, поднимая руку.
Виол с Креоной и даже замучившийся Лука посмотрели на меня с искренней надеждой — никто не хотел первым признаться, что уже сдаётся, поэтому ждали от меня приказа, как спасительную соломинку.
Я усмехнулся. Ну уж нет… Мы не сдались! Просто теперь у меня другой план.
— Лука, пробей следующий коридор так далеко, как сможешь.
Дело в том, что наш путь был очень хорошо виден. Снег не мог запорошить такую канаву, которую мы проделывали через сугробы, и даже идиот бы понял, что здесь кто-то прошёл.
И да, против вони никакая воздушная магия не могла тут помочь — запах был в самом воздухе. Я уже пытался делать и вихревые заслоны, и всё такое, но не помогало. Тем более, если мы и вправду столкнёмся с каким-то монстром у самого ущелья, что тогда? Любая моя ошибка, и мы там же все поляжем просто от вони.
Но вражеское войско… Как же далеко оно двинется за нами?
Мы ждали их около двух часов. Укрывшись среди сосен в глубоком сугробе, обложившись всеми маскирующими магиями, которые нам были известны. Вся надежда была на барда — едва стройные ряды рыцарей и магов показались вдали, как он, закрыв глаза, тронул струну. Полилась едва слышная музыка, из простейших нот, но со лба Виола полился самый настоящий град.
Мой план действительно сработал, потому что войско двигалось мимо нас.
Рыцари с замотанными забралами. Маги с застёгнутыми капюшонами. Лошади с мордами, спрятанными в тряпках…
Это войско выглядело не очень опрятно. Тащились вразброд, многие падали на колени и блевали, отказываясь идти, но командиры всё равно поднимали их, заставляя двигаться вперёд. А тех, кто совсем отказывался или не мог, просто убивали на месте.
Креона смотрела на это с ужасом, но сохраняла молчание. Кажется, она даже знала некоторых воинов, но искренне не понимала, что такого могло случиться с северянами за какой-то месяц.
Среди магов были и тёмные, в чёрных балахонах. А серебристые доспехи главного рыцаря, ведущего отряд, были тоже очерчены кромешно-чёрной каймой. Вот и продались Тьме… Точнее, Бездне. Это точно она, узнаю её почерк.
Надо отдать должное, эти воины оказались крепче, чем мы. Потому что прошло всего десять минут, как войско, оглашая окрестности жалобным ржанием лошадей, руганью воинов и лязгом их доспехов, протащилось через сугробы мимо нас.
Всё это время бард ни на секунду не замолкал, и, едва вдали исчез последний рыцарь, как его рука бессильно затряслась над струнами. Мне стоило себе признаться — прятала нас от чутья магов исключительно бардовская магия.
— Ну, Виол, сможешь дать последний аккорд? — спросил я.
— Постараюсь, громада, — просипел бард и зашептал над струнами особую песнь.
И как в тот раз, на берегу Северного Залива, он ударил по струнам, запрокинув голову. Сразу же из нашего укрытия сорвались несколько звенящих теней.
— Креона, северные твои ляжки! Подожди!
— Моркатова стужь!
— Вы… грязи! Куда вы без меня⁈ Стойте, смердящий ваш свет!
