Нетронутая дьяволица полностью

Мы знакомы всего несколько дней, чуть меньше недели, а он уже успел почти что поселиться в моей голове, всё время вынуждая представлять наши очередные разговоры и то, чем они закончатся на сей раз. К слову, я ещё ни разу даже близко не угадала, как пройдёт наша встреча. Это похоже на некое соревнование с самой собой: одна сторона меня словно специально подкидывает мысли о Люцифере даже в, казалось бы, самые не подходящие для этого моменты, пока другая, напротив, всеми силами пытается выудить его из моей головы до того, как это зашло слишком далеко. А самое страшное то, что я сама не имею представления о том, нравится мне это или нет.

Я поворачиваюсь лицом к Люциферу с вызывающе сложенными на груди руками. Всё, на что меня хватает, — беззвучно открывать и закрывать рот в поиске таких слов, которые он не смог бы перевернуть с ног на голову, но не нахожу ничего подобного. Я даже не замечаю, как быстро в его компании забываю о такой важной для меня минутой ранее книге. Люцифер тихо посмеивается, наблюдая за тем, как на моём лице со стремительной скоростью одна эмоция сменяет другую, и опирается одной рукой о стеллаж позади меня. Разница в росте заставляет его смотреть на меня сверху вниз, но взгляд его нисколько не высокомерный. И это позволяет мне чувствовать себя комфортно, не думать, что мы с ним на разных уровнях.

Его рука, находящаяся сбоку от меня, словно останавливает, чтобы я не уходила. Но я знаю: при желании я бы без проблем освободилась и вернулась к первоначальной задаче прихода сюда, а он не стал бы давить и силой останавливать. Но желания нет, а потому я продолжаю стоять неподвижно.

Глаза Люцифера выражают что-то новое, ранее не известное мне. А может, я просто не замечала этого. Кажется, словно он смотрит на меня даже с интересом, да с таким, который я не замечала в нём никогда. Ощущение, словно до этого момента он оставался абсолютно равнодушен ко всему, а сейчас резко переменил собственное восприятие.

— А знаешь, Непризнанная, — его бархатистый голос нарушает внезапно воцарившееся молчание, возвращая меня в реальность, — мне даже нравится твоя настойчивость.

Я молчу. С одной стороны, мне не должно быть дела до того, что там ему нравится или нет, а с другой… Хочется проявлять в себе это качество ещё больше.

Если Люци, пусть и медленно, но так внимательно отмечает каждую деталь моего характера, могу ли я позволить себе думать о том, что он начинает испытывать то же самое, что и я? Или, может, Люцифер просто играет со мной, чтобы скоротать время между надоедливыми встречами с теми, кто ему вовсе не интересен?

«Какого чёрта ты так реагируешь?» — адресую вопрос самой себе, когда тело бесконтрольно покрывается россыпью мурашек от его мини-признания. Дьяволу даже не нужно касаться меня, чтобы я осознала его присутствие всюду: как физически, так и в моих мыслях.

— И что, даже не накричишь за то, что я «нарушаю твои личные границы»? — с ухмылкой спрашивает Люцифер, наверное, впервые столкнувшись с моим молчанием.

— Не в этот раз, — я натягиваю на губы обольстительную улыбку, чтобы у него не было повода задуматься над тем, что мне, в общем-то, есть дело до его мыслей обо мне.

«Подумать только! Мне не всё равно!» — наверное, будь я здесь одна, схватилась бы за голову и дала себе хлёсткую пощёчину за это в попытке вернуть здравый рассудок. Но пока остаётся только играть в его игру, вводя в неё свои правила.

— Мой комплимент настолько сбил тебя с толку? — ухмыляется Люцифер, всё ещё продолжая удерживать свою руку сбоку от меня. Его рукав полностью забит татуировками, и я вновь позволяю себе наглость бесстыдно рассматривать их.

— Твой комплимент, Люцифер, — начинаю я и не отвожу взгляда от причудливых изображений на его руке, — не сбил меня с толку, но навёл на определённые мысли.

— И какие же? — он определённо замечает, что я пытаюсь внимательнее рассмотреть татуировки, потому как в следующую секунду непринуждённо закатывает рукав чёрной рубашки, позволяя мне увидеть больше.

— Я, пожалуй, оставлю это в тайне, — заворожённая множеством сюжетов, запечатлённых на его теле чернилами, я невольно касаюсь одного из них и провожу по нему ногтем. — А это что, какой-то демон? — сама не замечаю, как начинаю размышлять над смыслом и посылом рисунков.

— Я, пожалуй, оставлю это в тайне, — Люцифер нагло повторяет мои слова и вновь раскатывает рукав.

— Ах так! — я выпрямляю плечи, отведя их назад, и гордо вздираю подбородок. — Какая там, говоришь, книга нужна?

В следующую секунду я свободно отхожу в сторону и возвращаю своё внимание полкам с книгами так, словно ничего не произошло.

— «Сюрреализм и кино», — Люцифер тихо посмеивается, стоя позади меня, и складывает руки в карманы. — Ты настоящая Дьяволица, Уокер, знаешь это?