Хотя, с другой стороны, может, это и эгоистично, но не избегать же мне теперь его, в самом деле! Я не виновата в том, что они, два упрямых барана, не могут просто взять и поговорить. Сколько же проблем можно было бы решить, если бы люди умели пользоваться своим языком в нужных целях!
— Люцифер? Помог? Просто? — Ади особенно выделяет интонацией последнее слово, а я недовольно закатываю глаза оттого, что мы никак не уйдём от этой темы.
— Ну за желание, какая разница? — спрашиваю я и схожу с бордюра, теперь идя по дороге рядом с друзьями. Сэми, кажется, это успокаивает, и он расслабленно выдыхает. Мне кажется одновременно милым и ужасным, что он так переживает за всех — я бы, наверное, сошла с ума, если бы так же сильно волновалась о каждом из своего окружения.
— За желание?! — подключается уже Мими, молчавшая до этого. — С ума сошла? Он тебе за него что, помог выиграть миллион? Иначе я не понимаю, как на такое можно было согласиться!
— Да что вы взъелись? — я не останавливаю шаг, просто иду впереди всех, не оборачиваясь назад.
— Потому что желания Люцифера могут варьироваться от «принеси мне стакан воды» до «выкради у Геральда ответы на тест», — объясняет Сэми.
— И это, кстати, не преувеличение! — Ади обиженно складывает руки на груди, видимо, вспоминая собственный неудачный опыт.
— С другой стороны, благодаря этому ты получил высший балл, — смеётся Мими и завязывает свои длинные волосы в высокий хвост, выпуская передние пряди на лицо.
— Да больно он мне был нужен! — явно выказывает он своё недовольство, повышая голос. — Я потом замучился оправдываться перед Геральдом. Всё, проехали. Вики, ты так и не рассказала, как день прошёл.
Издаю шумный вздох с осознанием, что мне снова придётся проживать утренние эмоции. Я хочу поделиться с ними этим, хочу, чтобы знали, что я им доверяю. Да и держать всё в себе, на самом деле, не очень хорошо.
Я делюсь с ребятами всеми подробностями: от того, как невыспавшаяся пришла на занятие, до диалога с мамой, и, несомненно, рассказываю обо всех своих эмоциях. Удивительно, но мне становится гораздо легче, когда я говорю об этом вслух и встречаюсь с сочувственными взглядами.
Мими сконфуженно поджимает губы — ей эта тема совсем не близка, я знаю это по её рассказам о счастливых днях с семьёй, а потому она даже не находит слов, чтобы поддержать меня. Но мне это не нужно — достаточно того, что они просто рядом и нашли время, чтобы меня выслушать. Ади же начинает заламывать пальцы, а Сэми тепло обнимает, крепко прижимая к себе.
Я, откровенно говоря, не ожидала такой реакции, боялась, что они послушают просто из вежливости и переведут тему в более позитивное русло, но этого не происходит.
— Может, тебе стоит поговорить об этом с папой? — спрашивает Ади, сложив руки в карманы и смотря в землю.
— Я пыталась, — пожимаю плечами. — Он молчит так, будто подписал соглашение о неразглашении.
— Думаешь, у них что-то случилось? — подключается Мими.
— Очевидно, — подтверждаю я. — Только никак не могу понять что. У них всегда всё было хорошо. То есть, нет, мне всегда казалось, что их всё устраивает.
— Родители часто скрывают от детей, если что-то не так. Они полагают, что так сохранят им психическое здоровье, — Сэми шумно вздыхает, отстранившись от меня. — А потому впоследствии их ребёнок ничего не понимает. Порой даже думает, что он во всём виноват.
— Ну уж нет, — усмехаюсь я. — Себя я точно не виню.
— Тогда оставь их в покое, — спокойно говорит Ади, но я его слов не понимаю. — Они взрослые, разберутся как-нибудь. Главное, что все живы.
В его словах есть логика, но сказать легче, чем сделать. Я не могу просто закрыть глаза на то, что в моей семье произошёл разлад. И, видимо, очень серьёзный. Но продолжать думать об этом не хочется — я высказалась, и мне стало легче, этого достаточно. Незачем развивать тему.
А потому я выбираю одну из деревянных скамеек под деревом в парке, куда мы дошли довольно быстро под наши диалоги. Ади садится рядом со мной, а Сэми и Мими отправляются к кофейному автомату за горячими напитками неподалёку от нас.
Наше умиротворение длится недолго и прекращается, когда я с округлёнными от удивления глазами указываю Ади на вход в парк, где уверенной походкой к нам приближается Ада. Не знаю, как она здесь оказалась и совпадение ли это, но её появление мне абсолютно не нравится.
— Ну нет, — вымученно стонет Ади чрезмерно громко и ищет в моём взгляде спасение, но я, к сожалению, не могу избавить нас от её компании. Мы оба прекрасно знаем, что она пойдёт за нами даже в том случае, когда мы пошлём её куда подальше.
— Ну да, — ухмыляется Ада, видимо, услышав реакцию парня, и садится рядом с ним, полностью игнорируя моё присутствие.
Она элегантно кладёт ногу на ногу и, видно, неслучайно задирает подол юбки. По моему телу невольно пробегают мурашки при виде этого: на улице явно не подходящая погода для того, чтобы одеваться так легко!
— Ада, проваливай, — бросает Ади с шумным вздохом.
