И практически без перехода сразу обратился к капитану.
– Есть карта пространства, куда они стараются нас прижить?
– Этот астероидный пояс, – и Лерк вывел на экран небольшой участок пространства, где располагалось поле, и планетоид, к которому оно было прижато.
– Так, мы тоже двигаемся в том же направлении, как я посмотрю? Почему? – уточнил полковник.
– Да, мы пытались несколько раз уйти с задаваемого нам маршрута. Однажды был особенно удобный момент пройти по эклектике одной из планет сектора в отрыв от преследователей, это бы нам мало что дало, но наемники не смогли бы нас уже достать без дополнительной подзаправки. А у нас появилась бы пара лишних дней на подготовку к встрече с ними. Но..
И капитан замолчал, а через пару мгновений продолжил:
– …при попытке сойти с навязанного ими маршрута с одного из кораблей преследования в нашу сторону отправлялся малый рейдер-перехватчик. И все бы ничего, его вооружения не хватает даже для того, чтобы пробить нашу пассивную броню, но на этом перехватчике вместо такого безопасного для нас оружия был артефакт ментоподавления. Они не позволяют нам даже подумать об изменении маршрута. Марина пыталась прикрыть того, кто в данный момент управлял крейсером, но ее хватало не больше чем на десять минут. А потом наше судно восстанавливало свое прежнее направление движения, ну а рейдер возвращался на свой корабль.
И капитан замолчал.
– Я не знаю, что за артефакт у наемников, но он точно не нашего производства. Его мощность поражает. Но в нем нет и той филигранной точности, что присутствует в аналогичных предметах древних. Это явно новодел, но чей – непонятно, – дополнила слова Лерка Марина и добавила: – Если они его используют при штурме, то никакого абордажа, по сути, и не будет. Мы все сдадимся сами. А кто не сдастся, тот свалится без сознания. И уже через десять минут максимум наше судно можно будет брать голыми руками.
Все начали обдумывать дополнительную информацию, а через несколько минут Им Су, прервав затянувшееся молчание, сказал:
– Тут что-то не сходится. Поправьте меня, если я не прав, – и он начал перечислять то, что вызвало его подозрения: – После прыжка из последней системы мы попадаем в сектор, где нас встречают четыре корабля наемников. И с высокой долей вероятности они знают, кто мы и на чем летим, это не вызывает сомнений? – спросил он, оглядев окружающих его людей. Убедившись в том, что ни у кого не возникло возражений, он продолжил: – Далее, как вы сами говорите, там сидят профессиональные наемники, но они дают нам выполнить какой-то нелепый маневр и вырваться из-под их же прямого удара. При этом они наносят такие повреждения нашему кораблю, что мы теряем только членов экипажа и возможность пользоваться гипердвигателем. Теперь мы убегаем, но можем уйти от них. При всем при этом, как я понял, они имеют возможность догнать нас и воспользоваться каким-то странным артефактом, взять весь экипаж или его часть под контроль, но почему-то не делают этого, а гонят нас в строго заданном направлении. Я все верно излагаю?
– Знаешь, с такой точки зрения все выглядит немного по-другому, – согласился с Им Су капитан.
– И какие выводы сделала твоя гениальная голова? – спросил у аналитика Сток.
– Есть несколько догадок, которые сможет подтвердить только время и которого у нас, к сожалению, нет. Первое, наши проблемы связаны с чем-то происходящим на последней базе – Рон-7, вероятность этого составляет семьдесят восемь процентов. Но это наихудший вариант, и поэтому я исхожу именно из него. Второе, ищут они человека.
Не успел Им произнести эти слова, как любопытная Нира воскликнула:
– А почему вы решили, что ищут именно человека, а не какую-нибудь информацию, хранящуюся, к примеру, на инфо-кристалле?
Посмотрев на девушку, аналитик недовольно поморщился, но пояснил:
– Комиссию стараются, по крайней мере сейчас, пока не найден нужный человек, не убивать. Хотя ранений не боятся. А это значит, нужен кто-то конкретный из ее состава. Третье. Они знают его в лицо или как его опознать, но он нужен живым. Четвертое, им известно, что он еще жив, поэтому пока нет полномасштабного штурма судна, из-за боязни убить или тяжело ранить его, а создают они нам только мелкие запугивания. Пятое, на корабле шпион, возможно электронный, но может быть и человек. Шестое, гонят нас в специально подготовленное место, что нас там ждет, я не знаю. Но это однозначно должно помочь в абордаже судна. Седьмое, артефакт, скорее всего, не может воздействовать на всех людей на корабле, иначе нас бы уже захватили, а только на одного или небольшую группу людей. Восьмое, тот, кого ищут, не знает об этом, именно для его захвата и нужен артефакт, а помощь в абордаже судна – это так побочная подработка. Девятое, там, куда нас гонят, скорее всего, есть еще несколько кораблей и встретят они нас на подлете или уже в точке сбора. И последнее, десятое, прямого выхода я не вижу, боя любого уровня мы с ними не выдержим.
– Неутешительные выводы, – констатировала Марина.
