Между тем, капитан, постаравшись сделать вид, что ничего не заметил, продолжил: – Слева от меня сидит мой молодой командир десантного отделения – лейтенант Майкл Риз. Ну и, собственно, я сам, капитан этого крейсера – майор Лерк Стирф. По сути, это все люди, которых следует привлечь к решению нашей проблемы. На корабле в основном молодой и только принятый или переведенный во флот персонал. А наш крейсер используется как некая мобильная учебная база для прохождения практики студентов военно-космической академии.
Пока он говорил, полковник Ройф взял себя в руки и подхватил церемонию знакомства сидящих тут людей.
– Добрый день. Как уже сказал майор Стирф, мне пришлось служить с этим малышом несколько лет на одном из кораблей, во время войны с архами. Зовут меня полковник Сток Ройф. Справа от меня сидят люди, которые в той или иной мере могут нам помочь. Первый – это полковник Пер Гешар, он бывший капитан разведывательного рейдера. Второй – Мавс Мавсок, бывший десантник, удостаивался большого количества наград Содружества, эксперт по оборонным сооружениям, сейчас работает в управлении строительства. И последний из трех – это Им Су, первый аналитик Седьмого подразделения флота Содружества, вступил в свою должность пять лет назад и до сих пор ни одного нарекания на его работу не прозвучало.
На этом он немного приостановился и повернулся в сторону явно чувствующих себя неудобно в столь серьезной компании девушек.
– А эти две красавицы – мои новые сотрудницы. Та, что сидит подальше – лейтенант Рау Стер, очень перспективная девушка, рекомендация по ее приему на работу пришла из канцелярии Штаба Флота. И вторая, Нира Ройф… – и замолчав, полковник посмотрел на Марину, а потом произнес: – Она моя дочь.
Последние слова на Марину произвели какое-то очень странное впечатление, она грустно улыбнулась и, немного помолчав, как бы про себя добавила:
– Я это вижу.
«А ведь у Марины тоже есть дочь, – вспомнил Лерк. – Неужели? – и, вглядевшись в сидящую напротив нее девушку, подумал: – «А ведь и вправду они похожи».
Лерк несколько раз видел Марину с дочерью, она была уже взрослой и состоявшейся женщиной, но явное сходство между ними прослеживалась.
«Интересно, Сток знает? Что-то мне подсказывает, что нет, – решил капитан, посмотрев на своего старого друга. – Надо, перевести разговор в более конструктивное русло», – подтолкнул он себя к действию и произнес:
– Ну, со знакомством закончили, а теперь давайте-ка вернемся к нашей насущной проблеме.
Сказав это, Лерк вывел на обзорный визор текущую дислокацию кораблей пиратов, получаемую со средств дальнего обнаружения судна, и продолжил:
– Начну с общего, нас преследует четыре корабля. Как видно из примерно выясненных ТТХ, по классу все они относятся к средним крейсерам, но только с небольшим дополнением. Вероятно, это более устаревшая модель, чем та, что сейчас у нас, и поэтому их крейсерская скорость на десять процентов ниже нашей. Но по выводам нашего аналитического отдела, эти корабли прошли ряд модификацией, поэтому запас хода у них превышает наш как минимум на одну треть. Отсюда следует заключение, на длинной дистанции они нас рано или поздно нагонят.
Подумав и подсветив определенные места на отображаемой модели движения кораблей, капитан продолжил:
– При нашем маневрировании зафиксировано, что между этими кораблями выравнены скорость преследования и при каждом нашем маневре у них происходит синхронизация направления и ускорения движения. Это значит, что к нашему кораблю они подойдут практически одновременно, с разницей в несколько секунд. Про вооружение судить сложно, но при первом контакте их счетверенный залп полностью истощил и разрушил наш энергощит и пробил верхний слой бронелиста, повредив корпус корабля. Это по сути все, что сейчас у нас есть по данным кораблям.
И оглядев слушателей, сказал:
– Самой главной новостью, что преподнесли мне мои умники, послужило сообщение о том, что с вероятностью восемьдесят процентов это не пираты, а кадровые военные. Вероятно, наемники. Я не стал выносить это на общее собрание, чтобы люди не начали паниковать раньше времени, но вы должны знать – мы столкнулись с профессиональными солдатами.
– Это плохо, – глухо сказал полковник Ройф.
– Да, – угрюмо согласились с ним остальные, только девушки непонимающе переглянулись и вопросительно посмотрели на Стока.
– А почему это так плохо? – спросила Нира.
Но ей, как ни странно, ответил Майкл, а не полковник.
– Плохо тем, что это наемники.
– Я все равно не понимаю, – сказала девушка.
Тогда ей пояснил уже ее отец.
– Они не берут в плен и не оставляют следов. Если будет абордаж, а он будет, то после того как они захватят корабль и найдут то, что им было нужно, команда и пассажиры будут убиты, а корабль уничтожен. Никакой жалости или сочувствия. Только работа. Особенно в нашем случае. Когда кто-то нападает на представителей властей Содружества, он не должен оставить никаких следов, он должен позаботиться о том, чтобы не было никакого намека на следы, ведущие к нему. Поэтому все очень плохо.
