— Эрнест Павлович, — агент обратился к племяннику графа, — что скажете? Мы можем на вас рассчитывать? Не забывайте, что ваш голос очень важен, вы сможете предотвратить войну и войти в историю как весьма мудрый советник.
Макаров пытался задобрить племянника всевозможными регалиями, деньгами и титулами. Параллельно он давал понять собеседнику, что в случае провала их всех ждёт кровопролитная война и, возможно, даже мучительная смерть.
За несколько часов переговоров подобная тактика принесла свои плоды. Все трое родственников, которых привёл Макеев, с лёгкостью согласились отдать голоса за Ивана Андреевича, сына Людмилы Михайловны. Хороший результат. Осталось заручиться ещё несколькими голосами, и за голосование можно будет не беспокоиться.
— Я хочу медаль! — внезапно воскликнул Эрнест Павлович.
— Медаль? — Макаров удивился, вынырнув из своих размышлений. — Будет вам медаль, Эрнест Павлович, даже две. Первая за заслуги перед родом, а вторая — за заслуги перед фортом «Восточный». Уверяю, все будут перед вами преклоняться и благодарить, — усталым голосом наврал он.
— Замечательно! — начал одобрительно кивать Эрнест Павлович.
— В таком случае завтра я жду, что вы проголосуете за Ивана Андреевича, — Макаров поднялся со своего кресла и подошёл к племяннику. — Спасибо за сотрудничество, — он пожал мужчине руку, хлопнул его по плечу. — Уже поздно, давайте Василий Васильевич проводит вас в ваши апартаменты.
— С удовольствием, — поклонился Макеев.
Стоило только им обоим выйти за дверь, как Макеев взял Эрнеста Павловича за руку, зажмурился от страха и быстро прошептал:
— Мы в большой беде…
Сразу же после этого Макеев перевёл разговор в другое русло, и они вместе направились на третий этаж…
Цесаревич присел на одно колено и замер, закрыв глаза. Сосредоточившись, он активировал «радар» и начал внимательно отслеживать гадин, которые неумолимо приближались к штабу. Подумать только, красная лавина голодных хищников рвали и дробили землю, подчиняясь воле вожаков стаи, которые кучковались позади. Острые когти с лёгкостью снимали землю слой за слоем, откидывая её назад. Мощные челюсти дробили и выгребали камни, где их подхватывали другие. Удивительно, что таким нехитрым способом им удалось так быстро добраться до внутренних строений города.
Цесаревич нахмурился, заметив среди вожаков трупоедов мимиков. Раньше он и знать не знал, что такие твари существовали. Спасибо Эрасту и отцу, которые привезли из поездки в Сибирь столь хитрых гадин. Когда Николай увидел их через «радар» впервые, он впал в ступор, чем позабавил императора. Умом он понимал, что внутри человека сидит аморфная тварь, и тем не менее она стояла рядом с императором и улыбалась ему. Жуткое зрелище. А когда Эраст поделился знаниями о тварях, всё стало ещё хуже.
С такими угрозами наш мир ещё не сталкивался. Цесаревич даже не знал, сколько магов обладали возможностью отличить их от нормальных людей. А что, если они ликвидируют их или захватят власть? Именно это он сейчас наблюдал на «радаре». Вожаки трупоедов управляли стаей, заставляя её беспрерывно копать землю. Более того, очень часто энергетические силуэты тварей становились блёклыми, после чего исчезали. Это говорило о том, что они умирали десятками, подкармливая своими трупами остальных.
Да, этот тоннель был самым крупным, но были и другие ответвления. Цесаревич нашёл не меньше десяти тоннелей, которые шли к ключевым объектам инфраструктуры. Кто-то сливал информацию из штаба. Сомнений быть не могло, потому что твари копали слишком чётко, словно кто-то постоянно сверялся с картами. Это наталкивало на мысли, что помимо тварей в тоннелях находились подразделения противника, которые были прикрыты глушилками.
Но и это оказалось ещё не всё. Город в буквальном смысле окапывали, чтобы можно было выскочить с любой стороны. А если учесть, что воздушный бой, в котором принимали участие около тысячи судов, уже начался, то перспективы вырисовывались совсем мрачные. Если не остановить волну тварей, то война обретёт невероятные последствия для Российской Империи.
Внезапно земля под ногами затряслась, но не оттого, что твари добрались до подвала штаба. Скорее всего, какой-то крупный корабль потерпел крушение за пределами города. Здесь, на глубине нескольких сотен метров, понять было сложно.
— Николай Александрович, мы готовы, — к цесаревичу подошёл княжич Гавриил, один из командиров штурмовых отрядов.
— Хорошо, — цесаревич кивнул. — Ещё немного, и приступаем, будьте наготове.
— Так точно, Ваше Высочество, — князь поклонился и вернулся на исходную.
