– Слушаю, – сказала Лера в трубку
Голос, который ответил ей, заставил девушку схватиться за ворот блузки и расстегнуть верхнюю пуговку. Лучше бы его не было, она уже почти успокоилась… Выработала план действий… Боже, как хорошо, что он позвонил… Спасибо, судьба, Вселенная, тот Всемогущий, что вершит наши судьбы.
– Валерия, здравствуйте, это Всеславский беспокоит. Не отвлекаю Вас?
– Нет , что Вы, конечно, нет, – Лера расплылась в улыбке. Если бы сейчас она была сто раз занята, она бы не призналась в этом.
– Звоню, во – первых, извиниться, в пятницу вел себя не корректно по отношению к Вам….
– Что Вы, Максим, это я хочу извиниться, устроила какую – то совершенно идиотскую сцену, но это от избытка эмоций. Поверьте, я вполне адекватная фанатка, просто иногда из – за слишком бурной фантазии теряю чувство меры. Я счастлива, что смогла Вам помочь, я много думала об этом в выходные. И об Вас тоже думала…
– Я тоже много думал о Вас. И думал, что Вы откажитесь со мной разговаривать. Хорошо, что это не так. Хотя я бы на Вашем месте принципиально со мной не стал бы разговаривать, но это не значит, что Вы так должны делать. Не берите с меня дурной пример.
“Какой же он забавный и милый,” – думала Лера.
– Теперь, главное. Что было “во-первых” я уже сказал, а во-вторых, запишите, пожалуйста, вот этот номер телефона. Помните, говорил о телефоне для деловых контактов. Так вот, этот, с которого звоню, он для друзей и дорогих мне людей.
– Спасибо, – голос Леры предательски задрожал, – а я кто? Друг или….?
– Друг… Хотя скорее, как не странно, уже “или”…. Вы во сколько сегодня заканчиваете дела. Я заберу Вас из отеля и мы поедем в одно очень интересное место. И там нас никто не потревожит, сможем спокойно пообщаться.
Лера ответила, что к пяти вечера она будет свободна. Максим пообещал заехать.
– Странно, – подумала Валерия, – он ведь даже не спросил, где я живу… Хотя, возможно, опять забыл и перезвонит, чтобы уточнить.
День пролетел быстро, этот прекрасный, наполненный предвкушением вечерней встречи день. Лера летала, как птичка, порхала, как бабочка. Максим больше не перезвонил, но ровно в семнадцать ноль – ноль его машина появилась у центрального входа гостиницы. Валерия легко сбежала по лестнице. Она решила не думать, откуда Всеславский узнал адрес ее временного проживания. Максим открыл дверь и помог девушке сесть в машину.
– И куда мы едем? – улыбнулась Валерия.
– Если рассказывать, то получится неинтересно, скучно и совершенно не правильно. Это надо увидеть, – ответил Максим и заговорчески улыбнулся.
Они долго ехали, с трудом преодолевая московские пробки. Наконец, машина выбралась из центра, и они очутились в одном из спальных районов. Всеславский припарковал машину, вышел и пригласил Леру следовать за ним.
Это был чудесный старинный парк, деревья в нем, наверное, еще помнили те времена, когда прекрасные дамы носили длинные платья и симулировали обмороки при виде прекрасных мужчин. Деревья, причудливо изгибались, шелестели золотыми листьями, похожими на монеты. А листья тихо падали на старинные плиты дорожек и на мускулистых атлетов, созданные во времена Иосифа Виссарионовича. Чарующую красоту подсвечивали чугунные литые фонари эпохи экзальтированного модерна.
В самой глубине парка Лера увидела темный силуэт здания. Сложно сразу угадать, к какому времени относилась постройка. Это мог быть, как дом, принадлежащий в дореволюционные времена какому – то графу, а возможно, это была лишь подделка, возведенная в советское время. Подобные строения встречаются повсеместно в России, ранее в них располагались Дома культуры или Дома творчества. Сейчас подобные строения, чаще всего, заброшены и смотрят на людей слепыми, заколоченными глазницами окон. Лера подумала, что сюда нужно вернуться с красками и мольбертом. Всеславский не мешал ей любоваться, он молча шел рядом.
– Как Вам это место? – наконец спросил он.
– Чудесно, – ответила она, – в такие пейзажи влюбляешься с первого взгляда и навсегда.
– Тогда пойдемте внутрь, – предложил Максим.
– Но там же закрыто? – возразила Валерия.
– Для меня закрытых дверей не существует, – Всеславский скорчил потешную рожицу и достал из кармана ключи.
Глаза быстро привыкли к темноте. Воздух в помещении пах пылью и плесенью.
– Похоже, здесь давно никого не было, – прошептала Лера, – пока Максим включал свет.
– Это усадьба княгини Всеславской. Да, не удивляйтесь, моя дальняя родственница. После революции, как и полагается среди приличных графинь, усадьбу конфисковали, владелице выделили комнатку, где она проживала и по совместительству сторожила свой бывший дом. А здесь поселилась какая – то детская трудовая коммуна, потом долгое время располагался Дом культуры, куда местная молодежь бегала на дискотеки. А потом его закрыли, так как отапливать и освещать эту громадину ради двух десятков подростков не выгодно, а молодежь найдет другое место для сборищ.
– А графиня?
– Что графиня? Графиня прожила длинную и, наверное, интересную жизнь, состарилась и умерла.
– Вы купили этот дом? – поинтересовалась Лера.
