В сердце, согревая меня, расцветает надежда. Возможно, еще есть шансы вернуть все, что у меня было отнято. Камиэль отправил меня к людям, чтобы спрятать и защитить, потому что потерял Сташу, но, если я смогу исцелить ее, возможно, мы сможем снова быть вместе, как семья.
Ангел отрицательно качает головой.
– Нет. – Слово эхом отдается от стен, предупреждая, чтобы я не продолжала тему, но я его игнорирую.
– Но у меня уже получалось.
Краем глаза замечаю Сейбл. Она бросает на меня обеспокоенный взгляд, лицо ее белое, словно простыня. Наверное, мне стоит быть благодарной за то, что ее голова на месте. Споры с серафимом, наверное, первый в списке запретов у полукровок.
– Мне прекрасно известно о твоих способностях.
Я удивленно моргаю, совершенно не понимая, в чем тогда дело. Я не так поняла его эмоции? Неужели его связь с моей матерью так незначительна, что он даже не хочет попробовать побороться за нее? Или его ненависть к Отрекшимся настолько сильна, что он не хочет спасти Сташу? Внутри меня зарождается вспышка гнева, постепенно распаляясь.
– Если она Отрекшаяся, то шанс еще есть. Если ты отказываешься бороться за нее – ладно. Но меня ты не остановишь. – Я вздергиваю подбородок в молчаливом вызове. Ноздри серафима расширяются, и меня окружает поток фантомного жара, но мне не страшно.
– Я сказал нет, потому что Сташи больше нет. – Я открываю рот, чтобы поспорить, уверенная, что он не совсем понимает ситуацию, но он продолжает, и слова застревают у меня в глотке. – И это правда, потому что это я убил ее.
Из горла вырывается сдавленный вдох.
– Как ты мог?
Может, это неправда? Торн говорил, что она еще жива. Но Диньк сказал, что она мертва. Было просто поверить в то, что под «смертью» он имел в виду ее метаморфозу. Я хотела, чтобы это было правдой. Разве Торн стал бы врать о чем-то таком? Боже, да. Конечно, стал бы.
– Эмберли, – шепчет Стил, поглаживая мою спину, чтобы успокоить, но сейчас мне не нужно спокойствие. Я вырываюсь из его объятий и шагаю вперед, пока не врезаюсь в Камиэля, готовая вытрясти из него ответы.
Вопросы появляются один за один, сменяя друг друга с бешеной скоростью, но, стоя перед серафимом и глядя ему в лицо, я могу выдавить лишь один:
– Почему?
– Иначе она стала бы твоей смертью.
Я перестаю дышать. Сердце пропускает как минимум несколько ударов.
– Она привела бы к тебе Падшего, поэтому, когда я нашел ее, сделал именно то, о чем она попросила бы меня, будь в здравом рассудке. Я собрал столько ангельского огня, что от нее остались лишь угольки.
Я делаю шаг назад, будто меня кто-то ударил по-настоящему.
Камиэль не просто убил ее, он убил ее, чтобы защитить меня.
– Вместе с этим решением мне пришлось вырвать свое сердце и сжечь его дотла. – Он переводит взгляд с меня на Стила, а затем снова на меня. – Молись, чтобы ты никогда не оказалась в такой же ситуации – возможно, после ты никогда не станешь прежней. Я – точно нет. Если бы мне пришлось выбирать снова, я бы поступил также, но больше говорить об этом я не намерен.
В комнате повисает тишина. Воздух охлаждается, будто ангел вытягивает из воздуха все тепло, и эта прохлада пробирает меня до самых костей.
В металлическую дверь на другом конце комнаты кто-то глухо стучит, а затем в проеме показывается веснушчатое лицо Сорки.
– Все затихло, поэтому мы решили узнать, можно ли зайти. – Взгляд ее широко распахнутых глаз переходит с меня на Камиэля и обратно.
– Да. Мы договорили, – говорит ангел, не глядя на старейшину. Он скрещивает руки на груди и отходит в сторону, позволяя остальным зайти в комнату.
Возвращаясь к нам, родители Новы и Сорка обходят серафима стороной, а вот подруга, наоборот, шагает мимо воина в золотых доспехах настолько близко, что почти касается его ладонью, проходя рядом.
Из-за каскада ее орехового цвета волос выглядывает Диньк, но я успеваю заметить всего лишь пару блестящих черных глазенок.
– Нова, – тихо предупреждает ее Стил, когда та встает рядом со мной, явно демонстрируя тот факт, что на моей стороне.
Она лишь пожимает плечами, и с ее губ едва слышно слетает что-то вроде «никудышный папаша». Мои глаза испуганно округляются, а воздух в комнате снова начинает нагреваться.
Черт. Не одна я это услышала.
Я смотрю, не зная, чем я удивлена больше: ее бесстрашной демонстрацией преданности или просто ее бесстрашием.
Когда повисает тишина, но жар в комнате только усиливается, подруга откашливается, намекая тем самым на то, что ей не очень-то комфортно.
Я улыбаюсь, несмотря на ситуацию. Эта девчонка может быть настоящей головоломкой, но несмотря ни на что, она все равно моя.
– Мы хотели обсудить с вами кое-что важное, – подает голос Сейбл, отвлекая внимание Камиэля от красивой шатенки.
Точно. Сферы. Нужно спрятать их в безопасное место, туда, где Торну до них не добраться. Теперь, раз Камиэль тут, мы можем передать их ему и покончить с этим.
Внезапно меня охватывает волна беспокойства. Я с хлопком хватаюсь рукой за металлический стол, чтобы устоять на ногах, привлекая к себе всеобщее внимание.
Что это было?
