Осознание того, что означает захват моего тела Серафимой, обрушивается на меня, словно бетонная плита. Меня всю начинает трясти, я впадаю в полушоковое состояние.
Это я привела ее в резиденцию старейшин и помогла реализовать планы. Из-за меня теневые монстры проникли в мир смертных. Я – волк в овечьей шкуре. Вот о чем Сильвер пыталась сказать мне в поместье, но я не хотела ее слушать. Сознательно или нет, но именно я заварила эту кашу, и, если я что-нибудь не предприму, именно я сожгу этот мир дотла.
– Это была она. Она объединила сферы и создала дыры в барьере между мирами. Серафима воспользовалась мной.
Торн одобрительно поднимает подбородок.
– Идеально скрытый шпион.
Перестаю трястись, на смену страху приходит твердая уверенность. Я не позволю ей победить.
– Я буду бороться с ней.
Я создам такие высокие ментальные барьеры, что она никогда не сможет проявить себя вновь. И неважно, что я понятия не имею, как это сделать. Обязательно что-нибудь придумаю.
– Ты не сможешь, – говорит Торн. Он прислоняется спиной к замысловатому деревянному столу и скрещивает руки. – Она слишком сильна и слишком крепко укоренилась в твоей душе, чтобы ты могла нанести ответный удар.
Я качаю головой, отказываясь верить его словам.
– Не может этого быть. Я же сижу сейчас перед тобой. И сама за себя отвечаю. Просто нужно не позволять ей прорваться.
Постоянно.
– Не сможешь. Без этого точно нет, – Торн кивает в сторону моей руки. Смотрю вниз и замечаю на запястье незнакомый мне ранее браслет. Золотая полоска, изогнутая в форме буквы С. Дизайн его очень грубый и небрежный, будто он был сделан наспех и без особых заморочек, но я замечаю уже знакомый мне белоснежный камушек. Он того же оттенка и текстуры, как и тот, который давал мне Торн, чтобы уменьшить влияние моей ауры на Падших. Говорил, что он защитит меня от них. Я сняла украшение в ночь перед нападением на Лондон и Нью-Йорк.
Я смотрю на Торна, в чьих полуприкрытых глазах лишь пустота.
– Это ты отправил Сильв в резиденцию старейшин, чтобы она убедила меня снять браслет.
Это не вопрос. Я знаю, что это так. Теперь понятно, с чего вдруг в ней такие перемены. Она пришла к нам не только чтобы снова стать Нефилимом. Будь это так, она не вернулась бы к врагу при первой возможности.
– Разве? – спрашивает он, наклонив голову. – Если ты помнишь, я очень настойчиво просил тебя ни в коем случае его не снимать. Ты сама сделала выбор.
– Значит, ты не хотел, чтобы твоя безумная мать завладела моим телом и разрушила завесу между мирами? – насмешливым тоном спрашиваю я. Он никогда не убедит меня в том, что это не было его изначальным планом.
– Просто напоминаю тебе факты. Полагаю, все могло было быть иначе, если бы ты чуть больше мне доверяла и прислушивалась к предупреждениям.
– Ты же шутишь, да? Ты был готов отдать мое тело в качестве сосуда для своей матери и позволить ей поглотить мою душу, или что там вообще происходит при слиянии, и думаешь, что после этого я смогу тебе верить? Ты что, больной?
– Я не говорил, что жду от тебя доверия; только о том, что, если бы оно было, все было бы совсем по-другому.
Я не понимаю его. И, наверное, никогда не пойму. Но одно я знаю точно – этот разговор ни к чему не приведет.
– У тебя были обе сферы. Так почему не использовал их?
Он потирает нижнюю губу, очевидно, раздумывая, как много мне рассказать.
– Есть одна очень особенная деталь, которой нам недоставало. Мы разыскивали ее годами.
Он бросает на меня мрачный и внимательный взгляд, и в жилах стынет кровь. Я. Чтобы разрушить завесу между мирами, им нужна
– Без крови Нефилима ангельского происхождения полноценно активировать сферы не получится. Как только появилась ты, нам не хватало сфер. К счастью, Серафима планировала свою месть несколько тысяч лет, и в ее план включены запасные варианты на случай непредвиденных обстоятельств. Когда стало очевидно, что добровольно ты нам не поможешь, мы нашли лазейку.
Очень сложно не чувствовать себя идиоткой из-за того, что принимаешь участие в их планах. Особенно потому, что я знала: после того якобы неудавшегося обряда слияния со мной что-то не так. Кровожадность, которая просыпалась во мне пару раз, перекрывала все остальные чувства и эмоции в принципе, но я игнорировала ее, а не восприняла всерьез, надеясь, что дело во мне, что это скоро пройдет.
– Если у Серафимы был доступ к обеим сферам и ко мне, тогда почему она не смогла с первого раза уничтожить барьер? Зачем вообще делать в нем дыры?
Он показательно беззаботно пожимает плечами.
– Оказывается, нужно больше ангельской крови, чем мы думали.
– Собираетесь обескровить меня, чтобы уничтожить барьер между мирами? – Из груди у меня вырывается горький смех, даже какой-то не совсем адекватный. – Весьма дискомфортный вариант для твоей дражайшей матушки, потому что, насколько я понимаю, она привязана к моему телу. Я умру. И она тоже.
Торн наклоняет голову.
– Теперь ты не единственный представитель ангельской линии в нашем распоряжении.
Сердце пропускает удар. Клянусь, оно перестает биться.
