Двух более несовместимых людей трудно себе представить. Очень деловая, подтянутая, уверенная в себе имиджмейкер Пенелопа и грубоватый, безалаберный ковбой Бру. Но под столь разной внешностью у обоих таятся такие сокровища души, что в конце концов рушатся все преграды взаимного недоверия.
— Решено! — гремел Большой Дедди Брубейкер, яростно пыхтя сигарой. — Пора брать наших мальчишек в ежовые рукавицы.
Его заявление объяснялось тем, что как раз перед этим восемь отпрысков Большого Дедди с грохотом спустились к ужину, словно стая саранчи, смели с тарелок все, что можно, едва не соскоблив рисунок на посуде, а потом, толкая друг друга, выскочили из-за стола и выбежали вон, даже не оглянувшись. Негодующе изогнув бровь, глава большой семьи окинул мрачным взглядом длинный обеденный стол, на другом конце которого сидела его жена, Мисс Кларисса.
Плотно сжав губы, она кивнула, но не произнесла ни слова, пока ее муж продолжал выплескивать свое раздражение.
— Я не могу уже видеть, как они носятся вокруг, словно стая диких волков…
Мисс Кларисса нахмурилась и решила, что подумает над этим сравнением попозже.
— Всю неделю они забавляются тем, что изображают из себя работников на ранчо, а на выходных устраивают погром в доме, — продолжал ворчать Большой Дедди. — Особенно Бру. Он самый старший и должен остальным подавать пример. Я прекрасно знаю, что он так себя ведет, чтобы насолить мне. Но мое терпение лопнуло. Я хочу, чтобы он вернулся к управлению «Брубейкер интернэшнл». Его «мятежный возраст» несколько затянулся.
— Да, Большой Дедди. — Мисс Кларисса вздохнула. — Пожалуй, время уже пришло.
— Время уже прошло! — грохнув кулаком по столу, зарычал Большой Дедди. — Бру почти тридцать! В его возрасте я уже имел собственное дело и был женат на самой красивой девушке в Техасе.
Мисс Кларисса зарделась.
— Я, конечно, виноват, дорогая, — вздохнул Большой Дедди, откидываясь на спинку стула. Его голова была теперь едва видна из-за стола. Он внимательно смотрел на свою миниатюрную супругу. — Я велел ему управлять компанией, а когда он взялся — ну, согласен, я начал вмешиваться. Но все равно, черт возьми! — Он потер ладонью лоб и уставился в потолок в поисках нужных слов. — Но все равно, должен тебе сказать, моя радость, что, хоть он и проделал за эти два года немалую работу, я не желал бросать дело, которому отдал жизнь, чтобы мой сынок творил все, что ему вздумается. — Он шумно вздохнул. — Так… А теперь я готов. Больше управление компанией для меня не будет главнейшим делом.
Мисс Кларисса с удивлением смотрела на мужа. Кажется, он действительно готов передать Бру управление. Она-то знала, как трудно было мужу оставить все на попечение Бру. Неужели он и вправду решил отойти от дел?
— Представляешь, какая ирония судьбы, — сказал он, пуская кольца дыма к резному потолку. — Хотя Бру и делает все не так, как делал бы я, но в бизнесе у него настоящая хватка. Он прирожденный лидер.
— Как и ты, Большой Дедди, — вставила Мисс Кларисса.
На этом, сочла она, проблема решена. Ее старший сын Конуэй, которого все, кто желал сохранить свои передние зубы, звали Бру, и его отец были самыми талантливыми, трудолюбивыми и умными людьми из всех, кого она знала. В глубине души Мисс Кларисса чувствовала, что Бру был прав, оставив управление компанией до тех пор, пока Большой Дедди не решит передать ему все полномочия раз и навсегда. Конечно, такая борьба между отцом и сыном привела к трещине в их отношениях, и неизвестно, исчезнет она или нет. Но в тех обстоятельствах Бру сделал единственно правильный шаг. И она понимала, что ему это было гораздо труднее, чем он признает. Но он поступил так только из любви к отцу.
Большой Дедди продолжал бурчать:
— Я позволял ему бунтовать целых три года, и он совершенно отбился от рук. Его братья не лучше. Похоже, что никто не намерен управлять даже небольшими моими компаниями.
На его лице внезапно отразилась такая безнадежность, что у Мисс Клариссы сжалось сердце. Большой Дедди всегда был склонен драматизировать ситуацию, но тут он был прав. Все девять их детей были очень независимыми. И поскольку никто из них не верил, что отец действительно собирается отойти от дел, то трое старших сыновей — Бру, Мак и Бак — предпочли работать на огромном ранчо, а не выжидать, пока отец уйдет на покой. Все они понимали, что в будущем им хватит удовольствия сидеть за столом в кабинете. А пока что они были молодыми и сильными, и их гораздо больше привлекала свобода, которую давала тяжелая работа на ранчо.
— Да, — сердито сказал Дедди. — Мне начинает казаться, что они никогда не образумятся. И какая девчонка в здравом уме пойдет за кого-нибудь из них? Никакая!
— Это верно. — Мисс Кларисса тоже не одобряла образа жизни сыновей.
Для Большого Дедди Брубейкера семья была величайшей святыней. Все остальное в глазах Дедди бледнело в сравнении с важностью его семейной жизни, включая биллионный счет в банке, роскошный старый особняк, известный как «Сёркл Б. О.» — от названия «Брубейкер ойл», — тысячи акров земли в Техасе, полдюжины компаний и нефтяные скважины.
— Я устал сидеть и ждать, пока хотя бы один из моих сыновей влюбится, повяжет на шею галстук и подарит нам пару внуков. Знаешь, что я решил сделать? — Он вдруг резко выпрямился на стуле, осененный внезапно пришедшей мыслью.
