Неукротимый голод полностью

— Черт, — прорычал он. Он боролся с невосприимчивым штурвалом одной рукой, в то время как другой отчаянно стучал по экранам, пытаясь отключить сигнал тревоги, пытаясь каким-то образом взять управление в свои руки.

— Что происходит? — спросила Шей со сдержанным беспокойством в голосе.

Ховеркар накренился, выпадая из потока машин. Шей ахнула.

— Потерял управление, — сказал Драккал сквозь стиснутые зубы, снова беря управление обеими руками. Его мышцы напряглись, удерживая руль, но тот отказывался двигаться — и ножные педали тоже были зафиксированы на месте. — Держитесь.

Ховеркар резко накренился, и внутренности Драккала поднялись к горлу. В этой машине была его семья, его пара и ребенок, и они были в опасности, но ярость, бушевавшая в его крови, не помогала справиться с заблокированным управлением.

Пролетев по меньшей мере сотню метров всего за секунду или две, ховеркар выровнялся над оживленной улицей. Лия плакала на заднем сиденье, ее голос почти заглушался ревом сигнализации. Сильно кренясь, ховеркар совершил серию крутых поворотов по нескольким боковым улицам, удаляясь все дальше и дальше от главной улицы, над которой они пролетали.

— Кто-то управляет этой штукой! — сказала Шей, повернулась к Лие и заговорила с детенышем мягким, успокаивающим тоном, Драккал едва слышал ее из-за постороннего шума.

Ховеркар сделал еще один внезапный крутой поворот, на этот раз в переулок. Задняя часть развернулась и врезалась в стену здания. Хотя внешний энергетический щит не позволил корпусу транспортного средства вступить в физический контакт, удар был резким, и крики Лии превратились в вопли ужаса.

Ярость Драккала усилилась, окрасив все в красный цвет. Ему нужно было сражаться, нужно было защитить свою семью, нужно было уничтожить того, кто или что угрожало им. Но как он собирался уничтожить транспортное средство, в котором они путешествовали?

Ты знаешь, что это не ховеркар, Драккал.

Машина выровнялась и понеслась по переулку, быстро набирая скорость. Драккал опустил руку на рычаг и потянул его назад, но скорость продолжала расти, а переулок только сужался, заставляя машину подпрыгивать и дрожать, когда энергетический щит ударялся о стены. При таких темпах он долго не продержится.

— О Боже, — сказала Шей дрожащим голосом.

Драккал оглянулся и увидел, что она наполовину выпуталась из ремня и склонилась над Лией, прикрывая детеныша своим телом, как живым щитом.

Ховеркар опустился на пять метров в одно мгновение, отчего желудок Драккала скрутило. Прежде чем он успел прийти в себя, машина опустилась снова, и еще раз, и земля внезапно оказалась слишком близко. Нос машины накренился вниз.

Драккал повернулся к Шей и Лии, движимый только инстинктом защитить их собственным телом.

Ховеркар ударился о землю с таким грохотом, что Драккал содрогнулся с головы до ног и хрустнул зубами. Машина подпрыгнула, затем снова опустилась, и щит не выдержал. Металлическая нижняя часть ховеркара с оглушительным грохотом ударилась о землю, сильно избив пассажиров автомобиля. Драккал обо что-то ударился головой — он не мог сказать, было ли это окно, приборная панель или что-то еще в хаосе — и его мир превратился в размытое пятно из мигающих красных огней сигнализации, скрежещущего металла и криков его детеныша.

Когда ховеркар наконец остановился, Драккалу потребовалось несколько секунд, чтобы прояснить зрение. Его тело смутно ныло, а боль пронизывала насквозь, голова казалась одновременно слишком легкой и тяжелой. Он медленно повернулся, чтобы заглянуть на заднее сиденье, пытаясь расстегнуть ремни безопасности, защелки отказывались расстегиваться.

Шей откинулась в сторону, прислонившись лбом к треснувшему окну задней двери.

Руки Драккала на мгновение застыли.

— Шей? — Когда она не ответила, холодный, скользкий ужас собрался в его животе. — Шей!

Шей застонала и медленно села, оставив на окне размазанную красную полосу. Кровь сочилась из глубокой раны у нее на лбу. Нахмурив брови, она потянулась к плачущему детенышу рядом с ней. В ее глазах была тревога, несмотря на рану. Облегчение немного ослабило страх Драккала.

Как бы сильно он ни ненавидел ужас в отчаянных криках Лии, как бы сильно он ни ненавидел видеть ее покрасневшее лицо, в каком-то смысле это обнадеживало — она была достаточно здорова, чтобы кричать. Это было что-то.

Где-то перед ховеркаром зажегся яркий свет. Драккал повернулся к нему, подняв руку, чтобы защитить глаза от света. Темная фигура, казалось, материализовалась в воздухе, одетая в черное сверху донизу, и неторопливо направилась к машине.

Драккал знал эту походку. Он знал покачивание этих бедер, знал чувство собственной важности в этой походке. Он узнал нападавшую, несмотря на шлем, скрывающий ее лицо.

Ваня остановилась у окна со стороны переднего пассажира и поднесла к стеклу громоздкое устройство в форме пистолета. Когда она щелкнула выключателем сбоку, шип пробил дырку, образовав трещины по всему периметру окна.