Неукротимый голод полностью

Драккал боролся с ремнем безопасности, но тот по-прежнему не расстегивался. Он зарычал и сформировал жесткие когти на левой руке. Устройство Вани зашипело. Драккал взглянул на него и увидел густой белый газ, быстро втекающий в кабину.

— Драк? Что происходит? — спросила Шей, ее голос повышался с каждым словом.

Он оглянулся и увидел, как она пытается освободиться от оставшегося ремня на плече. Беспокойство на ее лице усилилось, а в глазах зажглось понимание. Лия продолжала кричать, делая неглубокие, судорожные вдохи.

— Прикрой рот, кирайя, — Драккал разрезал ремень на правой руке и подвинулся вперед, натягивая оставшийся ремень. Газ, едкий и горький, заполнил его ноздри, когда он вдохнул, отчего голова закружилась. Он закашлялся и согнул левую руку, просунув пальцы под ремень. Жесткие когти вонзились в кожу, когда он порвал ремень, почти не почувствовав боли.

Позади него крики Лии сменились приступом кашля, и Шей кашляла вместе с ней. Наконец освободившись от ремней безопасности, Драккал потянул за дверную ручку, но дверь не открывалась — она была уперта в стену переулка. Он стиснул зубы от боли во всем теле и замахнулся левым кулаком в лобовое стекло. Удар был сильным, но от него остался лишь маленький скол. Газ, из-за которого воздух в машине стал мутным, обжег ему глаза, заставив их слезиться, затуманивая зрение еще больше.

— Она перестала плакать, — сказала Шей между приступами кашля, Лия замолчала. — О Боже… Драк. Она… она перестала… — К тому времени, как она тоже замолчала, слова звучали сильно невнятно.

Драккал повернулся, чтобы снова оглянуться. Внезапная волна головокружения угрожала захлестнуть его, но он заставил глаза оставаться открытыми, заставил себя видеть. Шей лежала навзничь, вытянув руку и положив ладонь на живот Лии. Головка ребенка была наклонена набок, глаза закрыты. Ни одна из них не двигалась.

— Шей! — взревел он, когда волна паники, желания защитить, ярости и ужаса захлестнула его. Инстинкт взял верх над сознательной мыслью, оставив только простой список проблем для решения — воздух, Ваня, семья.

Он повернулся обратно к лобовому стеклу и снова ударил по нему, на этот раз когтями протеза. Яркий свет пробил защищенное от бластеров стекло, он отвел руку в сторону, оставив длинные порезы по центру. Когда он отвел руку назад и снова ударил по стеклу, оно разлетелось во все стороны.

Голова Драккала закружилась. Его зрение на мгновение прояснилось, прежде чем снова затуманиться. Он ухватился за все, что было перед ним, и выбрался из кабины, не обращая внимания на осколки твердого стекла на капоте под собой, когда выбирался наружу. Белая дымка повисла вокруг него и начала рассеиваться, подхваченная едва ощутимым потоком воздуха в переулке.

Резко тряхнув головой, он с трудом встал на ноги и повернулся ко второму пункту своего списка — Ване. Она все еще стояла рядом с ховеркаром, ее руки больше не касались устройства, которое она установила в окне, ее скрытое лицо было повернуто к нему.

— Ты всегда был упрямым, — сказала она. Динамик на ее шлеме транслировал звук в цифровом формате.

Драккал взревел. Ярость поднялась из его груди и вырвалась из горла, а затуманенное зрение снова приобрело багровый оттенок. Он опустил левую руку на искореженный капот ховеркара, вонзил в него когти и использовал, чтобы броситься в Ваню.

Она увернулась от него, и Драккал врезался в стену переулка. Он почувствовал слабую боль в лице, голове и плече, когда рухнул на землю, но не обратил на это внимания и ухватился за борт машины, чтобы снова подняться. Он резко покачал головой, но в мозгу словно скопился газ, окутавший туманом каждую мысль.

— Я действительно хотела, чтобы на этот раз все пошло по-другому, Драккал, — сказала Ваня с таким количеством язвительности в голосе, что кости расплавились, — но ты позволил этой джи'тас помешать.

Ноги задрожали, не желая поддерживать его дольше. Он все равно бросился на Ваню. Когти Драккала рассекли воздух, когда он рванулся вперед, и Ваня отскочила назад. Он вкладывал все свои оставшиеся силы в каждый удар, но каждый раз, когда он замахивался, она, казалось, опережала его на секунду.

Прошло всего несколько секунд, прежде чем он перенапрягся, и пропущенный удар лишил его равновесия. Он упал вперед и едва удержался на руке.

— Я дала тебе еще один шанс, — продолжила Ваня, — и ты выбрал терранку. Ебаную терранку! Многие платят небольшие состояния, чтобы владеть ими, но ради чего?

Драккал заставил себя поднять голову и пристально посмотрел на нее. Она отступила на пару метров, и ему пришлось сосредоточиться, чтобы прояснить зрение настолько, чтобы ясно разглядеть ее. В ее руках было длинное оружие — шоковый посох, потрескивающий лучом белой энергии от одного конца до другого.

Хвост Вани хлестал взад-вперед позади нее.

— Они маленькие, мягкие и слабенькие. Уродливые, бесполезные животные. И ты предпочел одну из них мне! Ты предпочел это?

Тяжело дыша и обжигая легкие, Драккал, пошатываясь, поднялся на ноги и прорычал:

— Пошла нахуй, же'гаш.