Р
Пять тысячелетий назад, раса перевертышей Териин объединилась силами со своими врагами, владеющими колдовством — Магами, чтобы уничтожить и заточить в плен Высшего Димена Сатанана и его злобную орду. Они победили, но цена победы оказалась высока, обеим расам пришлось расстаться с большей частью своих сил.
Все, за исключением Териин из каждой древней линии, утратили силу своих животных и способность перекидываться. Осталось лишь девять перевёртышей — Диких Воинов. Их обязанность стало — защищать расу, охотиться и уничтожать опасных, безумных остатков Дименов — дредэнов.
А самое главное охранять Кинжал Димена, с помощью которого Сатанана и его орду заточили в плен, так как возвращение Димена повергнет Землю в хаос.
Дикие Войны жили в мире боли.
Идущий по массивным, каменистым лесам над рекой Потомак Тай поднял лицо навстречу ночному ветру, пытаясь согнать разочарование, приютившееся под кожей.
Маги выжили из гребаного ума и, по-видимому, пытались освободить Дименов. После того, как больше пяти тысяч лет назад их заключили в тюрьму, Тай понятия не имел, зачем, но явно по меньшей мере один из Магов — ведьма Зафина — была решительно настроена освободить Сатанана.
Зафина мертва, но оставила после себя дьявольское наследие.
Один из Воинов, Вайпер, пропал, и Кинжал Димена исчез вместе с ним. А одно из созданий Зафины сбежало, прихватив с собой часть души Тая. В прямом смысле этого слова.
Как ведьма смогла расколоть души, никто не знал, но она смогла это сделать, чтобы создать двойников диких. Которые, как предполагалось, вместо настоящих Воинов поднимут Дименов, вот только настоящие Дикие не были настолько глупыми, чтобы желать освобождения этой чумы. О чем думали Маги?
Когда Тай вскарабкался на последний камень, выходящий на скалы над рекой, глубоко в его горле зародилось рычание. Такая ясная ночь, но яркие звезды сверкали едва как тусклые огоньки, а все из-за проклятых людишек и их неустанной конкуренции с темнотой.
По всем признакам в данный момент его двойник сеял хаос среди популяции людей. Тай и еще двое Диких выслеживали его в течение трех дней, пока не потеряли след между Грейт-Фолс, штата Вирджиния, и окрестностями Вашингтона.
И да, смертоносное неистовство двойника нужно было остановить, но в поимке этого гада цель Тая была гораздо более личной — он хотел вернуть свою чертову душу.
Никто не знал, сколько он протянет с половиной души, но и так было ясно, что не долго. По крайней мере, не с неповрежденной психикой. Проклятье.
Вот почему каждую ночь, вместо того, чтобы преследовать двойника, он возвращался в Грейт-Фолс и дом Диких. Он видел, что могло произойти с Диким, обладающим лишь половиной души, и это не приятное зрелище.
Черт, да его после такого зрелища, преследовали ночные кошмары. Тай был решительно настроен оставаться в своем уме, даже если каждый Дикий смотрел на него так, будто в любой момент собирался запереть в тюрьме глубоко под домом Диких.
Рядом с ним на скале оказался Вулф.
— Есть признаки дредэнов?
Вулф был самым большим из Диких воинов, почти семь футов ростом, с лицом, которое выглядело так, будто его использовали вместо кошачьей когте точки.
Разочарование Тая сменилось на обиду.
— Пока нет, но они придут.
И тогда он, как и каждую ночь, вырвет их сердца и выпустит немного съедающего изнутри разочарования. Достаточно, чтобы испытывать относительную безопасность для продолжения охоты за своим двойником в населенном людьми Вашингтоне.
— Удивлен, что Лион разрешил нам отпустить тебя без поводка, — протянул стоявший за спиной Джаг.
В груди Тая зародилось рычание. Идиот не будет удовлетворен, пока каждый Дикий не захочет вырвать ему глотку. А Тай был в настроении, чтобы это Джагу устроить.
— Заткнись Джаг, — отрезал Вулф. — Меньшего всего ему сейчас нужны твои подколы
Последнее, что Таю нужно — чтобы к нему относились как к бочке с порохом, с зажжённым фитилем торчащим из уголка рта. Он был в порядке.
Но жжение в кончиках пальцев делало ложным это маленькое утверждение. Тай боролся за контроль, за то, чтобы подавить охватившую его дикую ярость. В обычных обстоятельствах состояние дикости имело место быть, когда зашкаливал темперамент и происходила здоровая драка. То пограничное состояние между человеком и зверем, когда человеческие зубы превращаются в клыки, из кончиков пальцев появляются когти, а человеческие глаза больше таковыми не являются. То состояние, когда ястреб и тигр принимали свою дикую природу и дрались на равных.
Но сейчас обстоятельства нормальными не были. Благодаря разделению души, Тай не знал сколько еще ему хватит сил и контроля, чтобы выдергивать себя из этого состояния.
