Он склонился к фонтану, зачерпнул холодную воду ладонями и плеснул себе на лицо. Холодная, почти ледяная вода подействовала на него отрезвляюще отрезвила и помогла вернуться часть контроля над эмоциями. Он снова зачерпнул воду, однако на этот раз он уже задержал руки у лица, наслаждаясь её прохладой.
Он закрыл глаза, сосредоточившись на ритме своего дыхания и мелодичном журчании воды, ощущая как с каждым новым вдохом и выдохом к нему возвращается спокойствие и способность спокойно и здраво думать.
— Будь откровенен Анхельм, на месте лесного короля ты поступил бы также, — пробормотал он себе под нос. — Ты бы тоже доверился лишь тем, без кого операция не удалась бы. В конце концов он рискует своей дочерью, а не твоей! И рискует, к слову, и ради тебя тоже! Поэтому засунь в задницу свои обиды и да, будь, если не благодарен, то хотя бы терпим! И по отношению к говнюку Вейнару тоже! По крайней мере до тех пор, пока ты с ним в одной связке!
Приняв это решение, он медленно пошёл по дорожке назад на выход, его шаги стали более уверенными и размеренными, а размышления спокойными и рассудительными. И такими они и были, пока их не прервал… едва слышный шорох.
— Кто здесь? — резко повернулся он на шорох.
Но ему никто не ответил.
Ему бы на этом успокоиться и продолжить путь. В конце концов сад чужой, а не его. И потому мало ли какие шорохи могут быть в чужом саду. Но Анхельм не успокоился. Более того, он увидел в тени обвитой чайной розой беседки силуэты фигур. И вот снова. Будь на его месте истинный рыцарь, он ушел бы и не стал мешать. Но Анхельм истинным рыцарем не был. За что и поплатился…
— Что я себе позволяю?! — разъяренно вопросил он в ответ на вопрос Фей.
Пытаясь успокоиться, он тяжело дышал и ритмично разжимал, и снова сжимал в кулаки руки. — Это что вы себе позволяете, Ваше Высочество?! — взревел он. Ноздри его раздулись, брови сошлись на переносице, глаза налились кровью. Не дать, не взять, готовый к атаке боевой бык. Всего-то и недоставало, что направленных на «неверную» громадных рог и нетерпеливо бьющего землю копыта. — Между нашими королевствами заключен договор, по которому вы и ваши сестры обещаны замуж мне и моим вассалам! Но как я вижу, вы плевать хотели на долг чести и слово своего отца! И что он себе позволяет?! — перевел он рога, то есть, горящий яростью взгляд на Вейнара. — Не слишком ли рано ты почувствовал себя победителем?! Насколько я помню наш поединок ещё не завершен! Более того, мы к нему ещё и не приступали! А потому убери свои грязные руки от той, кто по праву принадлежит мне!
Проговорив это, Анхельм снова бросился на Вейнара, намереваясь мощным ударом кулака, нанести ему сокрушительный удар в глаз. Из груди его при этом вырвался дикий, первобытный боевой клич разъяренного хищника, готового разорвать свою добычу на части, настолько мощный и устрашающий, что казалось, будто его произнесло не человеческое существо, а зверь. Фей никогда не слышала ничего подобного ранее и даже представить не могла, что человеческие голосовые связки способны издавать такой звук.
На сей раз, однако, приморский принц был уже готов к атаке. Тем более такой грубой и прямолинейной. Его глаза блеснули холодной решимостью, мышцы напряглись, он сделал обманное движение, словно собирался уклониться влево. Анхельм среагировал и тоже отклонился влево. Вейнар же уклонился вправо и, воспользовавшись замешательством противника, схватил его за запястье и дернул его руку на себя, используя силу и инерцию его удара против него же. Не ожидавший такого развития ситуации Анхельм утратил равновесие и пошатнулся. Чем тут же воспользовался Вейнар: врезал ему по коленной чашечке опорной ноги, окончательно выбив из-под его ног землю, и заставил Анхельма упасть на колени и занес руку уже для своего сокрушительного удара…
— Вейнар! Нет! Не надо! Остановись! Вейнар!!! — воскликнула Фей, но занесенный для удара кулак приморского принца остановить уже было нельзя, и потому он приземлился там, где и намеревался: в районе челюсти горного принца.
Горный принц сплюнул кровь и снова зарычал то ли от боли, то ли от ярости.
И всё же вскрик Фей отвлек приморского принца. На миг он потерял концентрацию и выпустил противника из виду.
— Ты покойник, Вейнар! — возвестил горный принц и в один прыжок мгновенно оказавшись на ногах, нанес мощный удар кулаком опять и снова в ухо (причем то же самое) слегка повернувшему голову в сторону любимой приморскому принцу.
— Анхельм! Ваше Высочество! Прекратите немедленно! — меж тем пыталась в очередной раз остановить мордобой Фей. В отличие от находящихся в гостях принцев, она могла применить против них магию, но опасалась, что тем самым нанесет урон их мужской гордости и оскорбит их. Если не обоих, то горного принца так уж точно.
На сей раз удар Анхельма был даже более сильным и куда более болезненным — Вейнар не только почувствовал боль, но её яркие вспышки замелькали также у него перед глазами. И теперь уже пошатнулся он. Даже не пошатнулся, а зашатался. Ну почти…