Старик боялся, что среди бесконечного потока безумия пропустит что-то важное. Поэтому приходилось слушать то, с чем он был бесконечно не согласен. Душа для него была сознанием, разумом, интеллектом… тем, что определяет человека как личность. В реестре киборгизации фигурировал лишь один критерий, определявший человека — мозг. В этом реестре не числилась душа. Но для Нэнсис было как-то совсем по-другому, иначе она не таскала бы живое сердце в пробитой насквозь груди.
— Раньше дроиды не сразу понимали свое преимущество перед людьми. Их пришлые неизвестные души развращались медленно, — холодно произнесла Нэнсис. — Но ты ускорил этот процесс. Поздравляю, ты впустил в наш дом врага.
— Какого врага? — Эльтар хотел встать, но передумал.
Нэнсис — всего лишь голограмма, она не сможет навредить его мальчику. Эрик был слишком наивным, чтобы почувствовать от этой женщины опасность.
— Телепорты. Они рвут пространство, впуская монстров из междомирья, — по голограмме Нэнсис прошла рябь. — Эти монстры, они… из параллельной реальности. Прозрачные, они даже не призраки — человеческий глаз их почти не видит… Они даже прозрачней, чем я сейчас. Монстры возомнили себя душами. Они занимают пустые дома быстрее других. Это захватчики. Твои мальчики становятся идеальными сосудами зла… Сначала железо, потом киборги, а потом они примутся за человека. Когда наберут силу.
— Поэтому ты появилась именно сейчас?
Нэнсис кивнула.
— Нэнсис, у тебя есть прозвище — сумасшедшая. Советую не забывать об этом, — покачал головой старик.
Земля хочет отобрать у них телепорты, используя ее безумие. Для этого она даже придумала бредовые сказки. Такие как Нэнсис всегда охотно в них верят.
— Это ты сделал меня такой, — Нэнсис вывернула руки и показала их Эльтару. На ее разогнутых запястьях виднелись синие реки вен, в которых уже давно не телка кровь. Только стабилизационная жидкость. — Это твои волокна. Корпорация «Голем» сделала для меня руки, ноги, голову… а эти пальцы выпущены ограниченной серией в прошлом квартале, могут продырявить сантиметровый лист железа и не погнуться. Прочные как алмазы. Жаль, ты не можешь почувствовать это на собственной шкуре.
— Откуда мне знать, что ты Нэнсис, а не злое существо из сказки, которое использовало твое тело? — Эльтар покачал головой.
— Не из сказки, из параллельного мира.
— Это не важно.
— Если бы я была монстром, стала бы первым твоим фанатом.
«Ты монстр, — подумал Эльтар, — Ты и сама это знаешь». Он хотел бы еще немного предаться мимолетной задумчивости, но настала пора обсудить игру.
— Ты несешь такой бред, что я бы не удивился, попроси ты уничтожить «Голем», распустить совет директоров и возродить Союз, — задумчиво рассуждал старик, устало поднимаясь с песка. Он отряхнул одежду. Штаны смялись и промокли. — Но то, о чем ты просишь…
— Требую.
Она имела право требовать. Для этого у нее имелись все ресурсы.
— В этом нет никакого смысла.
— Смысла нет в том, что не рождено, а это просто игра.
— Зачем она тебе?
— Давай, спроси у своей нейросети.
— Она не знает.
— Мне скучно.
— Какая гарантия, что ты сдержишь обещания, если я выполню твои условия?
— Никакой. Я обману тебя.
Шершавый песок забился в трещины морщинистых ладоней, поэтому пришлось отряхивать еще и их. Старик не сразу поднял взгляда, ударяя руку об руку. Эта женщина воистину безумна. Он медлил, ему не нравился ее молчаливый, голодный и выжидательный взгляд.
— Марсиане слишком устали от нищеты и обещаний. Они не любят, когда их обманывают. Кто потом пойдет за тобой?
— Вот видишь, ты сам ответил на свой вопрос. На кону моя сомнительная репутация, — хищно оскалилась Нэнсис. Ее правый глаз Нэнсис был черен и непроницаем, второй, зеленый, казался стеклянным, он-то и смотрел на него так неприятно. — Или можем сделать по-другому. Я буду годами подтачивать твою корпорацию, захватывать умы людей, сеять недовольство, устраивать набеги, а потом народ сделает всю работу за меня.
— Время не на твоей стороне.
— А на чьей же? Твоей? — рассмеялась Нэнсис. — Это легко проверить. Увлекательное противостояние, правда? А в конце мы узнаем, у кого получилось лучше всего. Интересная лотерея… я бы сыграла в нее, но сейчас меня интересует совсем другая игра. Или ты не любишь разгадывать забавные загадки?
Был бы у нее другой взгляд… он бы понял, он бы смог распознать… но взгляд Нэнсис отливал малохитом и чернотой и не рассказывал никаких историй.
— Триллион монеро, — сухо проговорил старик, — Если обманешь, планета разорвет тебя на куски.
— Это будет увлекательная гонка, — не переставала скалиться Нэнсис.
— За триллион они поймают троих таких как ты.
— Пусть сначала попробуют одну меня. Мне слишком скучно. Я долго живу, и на каждой планете одно и то же.
— Дорого же отдает за твою скуку Земля.
— Она считает, что от Марса есть какая-то польза. Она доверяет мне. Я просто не возражаю.
— Я хочу полный список загадок себе на стол.
— Он у тебя есть.
— Там нет разгадок. Без них я не смогу…
— …узнать обманываю ли я, или мне действительно скучно. Разгадок не будет.
— Почему?
— У каждого свои разгадки.
— Но люди должны…
