Это было цилиндрическое помещение, словно сердцевина, выгрызенная червяком в яблоке — сверху донизу. Ярусы здесь отделялись железными парапетами, похожими на обглоданные кости животного. На каждом из ярусов было натыкано электронных панелей с контролем внешней температуры, датчиков движения, радиационных помех, корректировщиков гравитационных нарушений и еще черте-чего, что хорошо бы изучить досконально и в полном спокойствии, но по очевидным причинам Андрей сделать этого не мог. В самом центре сосуда находился цилиндр матового стекла, огромный и широкий, как если бы целый стакан запихнули в горлышко кувшина. Он тянулся так же, как и ярусы, сверху и донизу и терялся во тьме. Что было за стеклом этого цилиндра было не видать — плотная матовая завеса скрывала содержимое.
Из открытой двери на нижнем ярусе, примерно через один от него, игроки вытащили какого-то плешивого мужичка в халате и начали допрашивать, как умели.
— Это ученый? — закономерно спросил Дэвид. Он догадался, потому что все ученые на всех планетах выглядели одинаково, и иногда были похожи на докторов. Те тоже имели мало волос на головах.
— Очевидно, что не охранник, — следопыт оглянулся и отметил, что охраны здесь не имеется. Значит, ее отозвали. Дурной знак. — Ты видел где-нибудь гвардию или спецназ?
— Только в охране у таких как вы, местных нет.
Андрей выругался.
— Если они будут рвать его на части, то ничего, кроме обгаженных штанов не получат, — кто-то порвал халат на бледном от страха мужчине и уже свесил его вниз, перевалив через парапет. Тот кричал и хватал руками воздух, не в силах удовлетворить их любопытство. — Собери трех человек вместе, и получишь толпу. А у толпы никогда не было мозгов. Надо бы научить их вести допрос. Как спуститься вниз?
— Никак, господин Коршунов, стойте, — Дэвид схватил Андрея за локоть и оставил на месте.
Справа и слева напирали, и Андрей подчинился Дэвиду — остаться около выхода показался хорошей идеей.
— Ты прав, поздно учить их манерам, — вибрации Андрей не чувствовал, как это характерно для плазменных ускорителей, а, значит, внутри цилиндра не плазменный сердечник по выработке энергии. Открылись еще пара дверей напротив, на этот раз оттуда выволокли ученых повыше, женщин. — Как ты думаешь, что там, за стеклом?
— Ничего хорошего.
Неожиданно для себя Андрей был ошарашен этим ответом. А ведь он прав — ничего хорошего…
Послышался истошный крик — это женщину в халате сбросили вниз. Кое-что начало выходить из-под контроля, в панике подумал Андрей, не в силах признаться себе, что абсолютно все.
Уж лучше бы они сказали, что там внутри. Неужели «Голем» не дал им отмашки? Если бы он увидел перед собой разъяренную толпу, он выкрикнул бы правду так громко, что разодрал глотку в кровь. Но, видимо, эти ученые умеют говорить только шепотом, чтобы не помешать работе своих молчаливых приборов.
Когда раздался первый выстрел, Андрей неосознанно присел и схватился за голову, хотя выстрел был сделан в сторону стеклянного цилиндра. Заряд импульса высек сноп искр при столкновении с преградой, но стекло не дрогнуло, даже трещины по нему не пошло.
«Крионановолокно», — с облегчением подумал Андрей, оно слишком прочно, чтобы разрушиться под зарядом обычного испульсника.
Толпа начала громить маленькие комнатушки и вытаскивать сотрудников, что-то отчаянно кричавших про змей. За ними пошли в ход приборы, которые, очевидно, отвечали за что-нибудь важное. Ломай, громи все, авось, кое-что из этого подойдет открыть главную дверь — такова была логика толпы, не имеющей мозгов. Игроки разносили вокруг все, до чего могли дотянуться, поэтому после хрупких электрических приборов перешли друг на друга. Плечистый старик с зеленым ирокезом учинил драку, видимо, намереваясь возобновить поутихшую давку. После оплеухи по спелой голове, похожей на грушу, он двинул локтем в челюсть стоящей позади женщины, пытавшейся взобраться по его спине к дальнему рубильнику в двух метрах от пола. Где-то далеко внизу слышался скрежет металла, некоторые пытались проникнуть на нижние этажи. Тьма в тех местах разбавлялась слабым светом фонарей, но, к счастью, их было не так много — туда отправились только самые отчаянные.
