Неведомые земли. Том 2 полностью

Нансену принадлежит оригинальная, но вызвавшая решительные возражения[42] попытка без долгих разбирательств причислить к разряду легенд все норманские рассказы о Винланде и объявить его сказочной страной молочных рек и кисельных берегов, лишенной какой-либо исторической реальности.[43] Чрезмерный скептицизм Нансена, во многом отрицательно сказавшийся на его прекрасном и ценном в других отношениях труде, опирается на очень слабые аргументы, к тому же частично явно ошибочные. Так, например, он иронизирует по поводу того, что в гренландском тексте немец Тюркер, обнаружив первым дикий виноград, приходит по этому поводу в безумный восторг. Нансен пишет: «Соратник Лейфа объелся (!) виноградом до полного опьянения!»[44] При этом он упускает из виду, что свежий виноград не содержит алкоголя, так что даже чрезмерное его потребление не может привести [334] к «опьянению».[45] Наконец, в этой истории речь идет вовсе не об объедении виноградом и по о состоянии опьянения, а лишь о необычайно сильном душевном возбуждении выходца из винодельческих районов Германии. Ведь Тюркер неожиданно увидел в только что открытой стране лозы, напомнившие ему о детстве. Именно эта часть рассказа производит настолько чистосердечное и трогательное впечатление, что либо автором прекрасного отрывка мог быть только по-настоящему крупный поэт, либо в нем описано подлинное происшествие. Поскольку в художественном отношении рассказ нигде не поднимается выше среднего уровня, последнее предположение представляется, безусловно, самым вероятным. Гренландцы, разумеется, не знали, как выглядят виноградные лозы и грозди. Поэтому вдвойне правдоподобно сообщение о том, что описанный трогательный эпизод приключился с немцем, выходцем из винодельческих районов.

Скептическое отношение Нансена к рассказам о Винланде основано, как и в ряде других случаев, на сомнительных литературоведческих рассуждениях. Поскольку некоторые мотивы северных рассказов встречаются еще в классической античной литературе, Нансен, не долго думая, все подобные случаи объявляет заимствованиями. Этой своей односторонней склонностью» предполагать повсюду заимствования он сближается со своим знаменитым земляком Софусом Бугге; Генцмер удачно заметил в его адрес: «Зачастую ему достаточно было самого отдаленного сходства, чтобы утверждать, якобы германцы были подражателями, словно им самим ничего не могло прийти в голову без посторонней помощи».[46]

Сомнения Нансена тем менее основательны, что па восточном побережье Северной Америки действительно издавна росли «дикие злаки» и «дикий виноград». Дикий виноград Vitis vulpina, а также Cordifolia и Riparia встречаются к северу до залива Мирамичи в провинции Нью-Брансуик.[47] Остается невыясненным, следует ли понимать под дикими злаками Zizania aquatica или Elymus arenarius (как полагает Лёвенталь).[48] Правомерны оба толкования.

И в наши дни дикий виноград растет еще в разных районах земного шара, в частности на равнине Верхнего Рейна и на восточном побережье Северной Америки, где в прошлом он, наверное, имел значительно большее распространение. Неслучайно большой остров, расположенный недалеко от побережья Массачусетса, до сих пор называется Мартас-Вайнъярд (Виноградник Марты); современный остров Орлеан на реке Святого Лаврентия носил когда-то название остров Вакха; южная часть залива Мирамичи до. настоящего времени называется Бэ-дю-Вон (Виноградная Бухта), а впадающая [335] в нее река — Бэ-дю-Вен-Ривор (Река Виноградной Бухты). Когда в 1524 г. итальянец Веррацано, находившийся на французской службе, вновь открыл эти изобилующие виноградом прибрежные районы, он дал им следующее описание, мало чем отличающееся от норманских рассказов:

«[Лозы] оплетают деревья, как на юге Франции. Если бы их по-настоящему обрабатывали, то из гроздей можно было бы изготавливать превосходное вино, ибо они сладки и приятны на вкус и вряд ли уступают нашему винограду».[49]

Правда, друг автора проф. Л. Михаэлис, живущий в США, писал по этому же поводу прямо противоположное: «Дикого винограда здесь в Новой Англии огромное количество; во времена сухого закона мы часто пользовались им, чтобы самим изготавливать вино. По вкусу это нечто среднее между мускателем и гвоздичным маслом, так что я не завидую викингам, если у них не было ничего лучшего».

Но гренландские викинги явно не были большими знатоками вина и вряд ли предъявляли особенные претензии к его вкусу. Кроме того, нужно иметь в виду, что вкусовые качества винограда очень различны в разные годы. Во всяком случае, в 1820 г. в научном труде, посвященном описанию штатов Массачусетс и Коннектикут, прямо подчеркивалось, что «деревья со всех сторон поросли диким виноградом… Его гроздья высоко ценятся, так как отличаются отменным вкусом и полезны для здоровья».[50]