Гельголанд никогда не мог «родить в изобилии хлебные злаки» и быть «самой щедрой кормилицей для скота». Сообщение о том, что в «Фосите» жили только отшельники, тоже не согласуется с развитием земледелия и скотоводства, поскольку это предполагает наличие значительного крестьянского населения. Но последнее никогда не могло проживать на рыбачьем и овцеводческом Гельголанде. Так же маловероятно и существование на этом острове защищенной гавани, где св. Виллиброрд мог бы в течение многих дней укрываться от шторма. Еще гораздо менее правдоподобно, чтобы Гельголанд был когда-либо резиденцией короля фризов Радбода и тем местом, где он собрал войско, с которым в 714 г. будто бы вновь отвоевал часть подвластных ему территорий, отторгнутую франкским майордомом Пипином. Вряд ли также можно было говорить о Гельголанде как об острове, лежащем на границе между фризами и датчанами.
Похоже на то, что Адам Бременский, смещал воедино два сообщения, породил тем самым имеющую и доныне широкое хождение легенду, будто именно Гельголанд и был «страной Фосите».
Итак, Фогель[20] и Вёбкен[21] были совершенно правы, когда они сомневались в тождестве «страны Фосите» с Гельголандом. Шпапут, пожалуй, окончательно доказал невозможность этого тождества. Еще в XVII в., живший в Голландии Винсеми, как раз в связи с миссионерским путешествием св. Людгера, подчеркивал, что граница между фризами и датчанами лежала «по ту сторону Эльбы».[22] При этом речь, должно быть, шла о современной Фрисландии, о полосе гестов,[23] которая, согласно данным Заха,[24] уже около [128] 800 г. входила, очевидно, в состав фризских владений. Но о Гельголанде никто не мог бы сказать, что он лежит «по ту сторону Эльбы». В 689 г. король фризов Радбод, после поражения при Дорестаде в битве против майордома Папина Геристальского, потери своей резиденции Медемблик и всей западной Фрисландии, обратившись в бегство, отступил в «страну Фосите». Согласно «Житпю св. Виллиброрда», последняя отстояла от западной Фрисландии па расстоянии «весьма дальнего плавания» (
Между тем еще со времени Хеймрейха[25] большинство исследователей, изучавших историю Фрисландии, ужо указывали на то, что на месте современной церкви в Ворделуме (северная Фрисландия), очевидно, некогда стоял храм Марса. Здесь и находились «страна Фосите», а также резиденция короля Радбода, относительно которой Хеймрейх сообщает следующее: «В 690 г. резиденция Радбода и его двор находились в Фостенланде, в построенной им крепости Ротенбурге, называвшейся иначе Фостенбургом. Тот же Радбод собрал из северных фризов войско и с ним… победил, наконец, Карла Мартелла».[26]
Что касается «храма Марса», то, разумеется, речь может идти только о фризском Марсе, то есть о Марсе Цине, или Фосите. На карте Шлезвига, составленной Данквертом в 1649 г., в Борделуме также помещен
Эти данные и многие другие доказательства побудили Шпанута выдвинуть новую, убедительно аргументированную гипотезу, которую он сформулировал следующим образом: «Страна Фосите — это Штолльбергский останец гестов, а святилище Фосите находилось на Штолльберге на том же самом месте, где теперь стоит Борделумская церковь».[28] [129]
С подробной аргументацией этого положения можно ознакомиться в труде самого Шпанута. Как бы то ни было, автор считает доказанным, что «страна Фосите» находилась именно в Северной Фрисландии.
Указание Адама Бременского, что остров Фосите достигал 11,8
