[В сентябре 1350 г. Мариньола отбыл в Месопотамию через Персидский залив, посетил Иерусалим и на корабле, видимо из Яффы, вернулся через Кипр в Италию. Возвратился он в Авиньон только в 1353 г.][13]
Поело смерти Джованни Монтекорвино (см. гл. 131) созданная им в Китае христианская община долгие годы оставалась без духовного главы. Известие о смерти пекинского архиепископа дошло до папского двора в Авиньоне еще [230] при папе Иоанне XXII. Этот папа решил тотчас же послать туда преемника и направил в Китай францисканского патера Николая. Францисканец отправился в Китай с 26 братьями, однако умер по пути в государстве Джагатая.[14] После смерти Николая его спутники, очевидно, дальше не поехали; во всяком случае, ни один из них в Китай не попал.
Христиане в Китае забеспокоились и в июле 1336 г. написали святому отцу, что они уже восемь лет живут без епископа и поэтому просят его о помощи. Письмо пришло в Авиньон в начале 1338 г. Оно было доставлено папе китайским посольством, состоявшим из 15 человек. Папа Иоанн XXII умер 4 декабря 1334 г.; его преемником был Бенедикт XII (1334—1342). Мы, к сожалению, не располагаем сведениями о том, каким маршрутом следовало китайское посольство. Однако до нас дошли письма великого хана и христианских аланов к папе, доставленные посольством; они приведены среди первоисточников в начале этой главы. По всей вероятности, посольство прибыло в Европу морским путем, ибо в письме великого хана сказано, что к франкам оно должно было плыть через семь морей. Это тем вероятнее, что, как мы знаем из труда Ибн-Баттуты, сообщение между Китаем и Индией через Персию было в тот период весьма оживленным и превосходно организованным.
В письме императора обращает на себя внимание одно место, где говорится о «франке Андрее» как главе посольства, направленного к папе. Об этом Андрее нам ничего не известно. Юл высказал и интересно обосновал довольно заманчивую гипотезу о том, что «франк Андрей», вероятно, тождествен упоминавшемуся выше Андрею из Перуджи, епископу Зайтуна (см. гл. 131), посланному в Китай в 1307 г. «Для пожилого человека было естественно желание перед смертью еще раз увидеть латинский мир, а Андрей в 1338 г. достиг поистине довольно преклонного возраста».[15]
Если бы это предположение было правильным, то Андрей из Перуджи должен был еще раз возвратиться в Европу после 31-летнего отсутствия. Но гипотеза Юла, безусловно, неприемлема по двум причинам. Если бы речь действительно шла о епископе Зайтуна, то документы Ватикана и Францисканского ордена непременно должны были бы отразить такое необычайное событие, но этого не случилось. Далее, в сопроводительном письме папы, врученном возвращающемуся на родину китайскому посольству, точный текст которого нам известен, было бы, несомненно, упомянуто об епископском сане Андрея. Но в письме говорится только следующее: «Это письмо пишется как охранная грамота для Андрея Гуйлельмо де Нассио и алана Тогая из Катая, послов татарского императора, приезжавших к Апостольскому престолу, чтобы выяснить некоторые вопросы католического учения, и возвращающихся с верительными грамотами этого престола. Дано в Авиньоне 19 июня в год 4-й (1338 г.)».[16] [231]
Следовательно, не подлежит никакому сомнению, что «франк Андрей» не был ни епископом Зайтуна, ни вообще каким-либо духовным лицом.
В июле 1338 г. китайское посольство тронулось в обратный путь на Восток. Папа Бенедикт 30 октября поручил францисканцу патеру Джованни Мариньоле отправиться в качестве папского легата в Пекин (Камбалек), однако с повелением возвратиться назад. Следовательно, сам Мариньола еще не назначался епископом Китая, а должен был прощупать, насколько целесообразно такое назначение. Король Роберт Сицилийский (1309—1343) принимал участие в организации этого посольства и, подобно папе, поручил своему личному уполномоченному передать великому хану Шунь-ди письмо и ценные дары.[17]
Кроме письма к великому хану, папа Бенедикт направил послания аланским князьям и правителю «Срединного государства» Джагатаю. Буквальный текст этих посланий можно найти у Ваддинга,[18] но приводить их здесь не стоит, так как они не представляют особого интереса.
