Разумеется, Норумбега — не норманское название. Оно появилось, видимо, в результате искажения непонятного названия индейцами, а позднее романскими картографами. Как оно первоначально звучало, пусть попытаются разобраться скандинависты. Здесь мы вынуждены придерживаться дошедшего до нас начертания. В течение ряда столетий это таинственное название фигурирует в литературных источниках, и нельзя выяснить, о чем же идет речь, — то ли о пережитке, связанном с каким-то историческим событием, то ли о мифе. Норумбегой занимались многие исследователи, но приходили к крайне противоречивым результатам. Если француз Бове считал, что здесь не может быть речи о подлинном норманском поселении,[168] то Хорсфорд, отличавшийся, правда, пылким воображением, пытался доказать, что Норумбега, вероятно, была поселением древних викингов.[169] Сообщения Холанда в значительной мере подкрепили вторую гипотезу.
Весьма своеобразным, более поверхностным и тем не менее достаточно веским подтверждением правдоподобности абстрактных рассуждений Холанда может служить следующий факт.
Норвежский король Магнус Эйриксон (1319—1355) был набожным человеком. Не подлежит сомнению, что уходившим в плавание норманнам, которые должны были провести ряд лет вдали от родины, этот король дал духовных [357] наставников. Если эти священники несколько лет тесно соприкасались с язычниками-индейцами, населявшими побережье залива Наррагансетт, то, конечно, они действовали как миссионеры и крестили соглашавшихся на это индейцев. В таких случаях принято давать крестившемуся новое, христианское имя. Людям Кнутсона, видимо, особенно подходящим казалось имя их короля. Индейцы района Кейп-Код, дружелюбно относившиеся к белым и считавшие этих пришельцев высшими существами, очевидно, позднее в течение столетий давали имя Магнус новорожденным мальчикам и девочкам. Ведь дают же католики имя Мария младенцам обоих полов! Во всяком случае, в XVII в., а возможно, даже еще позднее, такое имя встречалось у индейцев. Нам это точно известно в связи с одним событием, происшедшим во времена английской колонизации. В июне 1675 г. вспыхнуло мощное восстание против английского господства, получившее название «войны короля Филиппа», по имени верховного вождя индейцев. 12 августа 1676 г. мятежники были разбиты в большом сражении губернатором Арнольдом, а «король Филипп» пал на поле брани. Многие вожди были захвачены в плен и казнены англичанами, в том числе и пожилая «предводительница» индейцев-наррагансеттов, которую звали Магнус! Никто не станет оспаривать, что это было не индейское, а европейское имя, распространенное только в Скандинавии. Трудно усомниться и в том, что оно могло стать известным наррагансеттам лишь во времена экспедиции Кнутсона. Следовательно, это имя дает нам еще один ключ для проверки и подтверждения надежности выводов Холанда.[170] Впрочем, деда этой предводительницы звали Кунноуне (
Холанд предполагает, что хотя бы некоторые из участников экспедиции Кнутсона, оставшиеся на базе у залива Наррагансетт, все же вернулись в Норвегию. Но это не более чем догадка. Вполне возможно, что ни одному из ее участников не было суждено возвратиться на родину. Нам неизвестно, действительно ли вернулись в Норвегию вместе с Кнутсоном отдельные участники его плавания, как это предполагает Холанд.[171] Автор считает более вероятным, что этого не произошло, иначе в государственных архивах сохранилась [358] бы по крайней мере краткая заметка о таком выдающемся событии. К тому же, если люди с залива Наррагансетт были вынуждены долго оставаться в Америке, понятнее становится и любовное оформление тамошнего храма.
Принимая в соображение эти догадки, следует допустить, что в двух районах Северной Америки — у полуострова Кейп-Код и в Миннесоте — католические священники были вынуждены долгое время проживать среди индейцев. Что они при этом пытались действовать в качестве миссионеров, вряд ли стоит оспаривать. Но допустив такое предположение, можно считать, что появление епископа Эйрика Гнупсона (см. т. II, гл. 109) было новым источником, откуда еще до Колумба христианские представления могли просачиваться к американским индейцам.
Высказанные выше соображения по поводу того, как
