— Керри, по-моему, ты перебарщиваешь. Ну хотят попсовые девочки перепеть твою песню. Если говорить об успехе… — отхлебнув ядреного кофе и поморщившись, Ви наблюдал за тем, как между темных бровей Кера залегла складка недовольства. — У них же миллионы фанатов. Ты бы от этого только выиграл.
— А ты знаешь, откуда эти сраные Us Cracks взялись? — явно разрываясь от эмоций, Евродин почти не дождался, пока соло закончит свою мысль, перебил на половине последнего слова. Но Ви его не винил, видел, как того плющит и задевает за живое. Хотя, казалось бы, ну такая херня же… Но стоило помнить о том, что творческая сфера жизни оставалась для наемника темным лесом. — Какие-то пиджаки из MSM подумали, что мир, блять, жаждет такого говна, и вбухали в него миллионы эдди. И мир им, как всегда, обмазался. Я не хочу в этом участвовать.
Тут Ви мог бы вспомнить и про свободу выбора, которая была у каждого слушателя, и про «насильно мил не будешь», мог бы высказать мнение, что сколько ни вливай в говно эдди, говном оно и останется, и что виноваты, наверное, не попсовые телки, а общие вкусы общества, отупевшего настолько, что жрет без разбору всякие помои… Но тут они бы влезли уже на территорию излюбленных тем рокербоя. Все уперлось бы в обсуждение оболванивания нации, отсутствия образования, модели общества потребления, правил, навязанных грязными играми и обогащением корпораций… И все, пиздец, дальше в разговор вписался бы Джонни, и, как говорится, ищи куда вставить слово “корпа”. До вечера бы не разгреблись.
— Что-то мне подсказывает, что здесь дело не в творчестве и не в искусстве. И даже не в деньгах, — пока рокер не успел уловить ход его мыслей, соло поспешил ответить Керри. — Чего ты боишься?
— Я боюсь только того, что Джонни мог быть прав, — Евродин пожал плечами, хмурясь все сильнее. За его спиной Сильверхенд вскинул брови над авиаторами и развел руками, словно вопрошая: «Ну и когда это я бывал не прав?»
— И каким боком тут Джонни? — рокербой пиздел до хуя. И во многом был прав. Но во многом и ошибался. Ви совсем не был удивлен тому факту, что неистребимый след Джонни отпечатался и в душе Кера. Уж это рокер умел, даже того не желая вовсе, надолго оставаться своим пламенем где-то внутри тебя.
— Ну… Он считал, что я бросаю SAMURAI ради денег. И славы, — прищурился Евродин.
— А это неправда? — подсознательно чуялось, что это как раз-таки было правдой, но наемник, на всякий случай, чтобы не задеть сходу, выбрал полувопросительный-полуутвердительный тон.
— Да не-не-не, это правда, че уж тут… Просто он еще говорил, что вот так я сажаю себя на цепь к корпоратам, — и, самое интересное, что по глазам Кера Ви видел, что тот понимает, что и это было в точку. Поразительно, но тут Сильверхенд, не напрягаясь, выбил два из двух. Ладно, ничего поразительного, на самом-то деле. Одно логично влекло за собой другое. И выбор-то был не так чтобы велик. Или тусуй по подвалам, как уже думалось Ви, или получай свой успех, урезая себя в чем-то другом.
— И это уже не было правдой? — приподняв одну бровь, соло улыбнулся.
— Может быть, я такой же продукт системы, как и Us Cracks, — а вот тут стало видно, что подошли они к главной мякотке разговора, к тому, что действительно волновало Керри. И тут Ви мог бы с чистым сердцем ответить, что подобная мысль была хуйней. Японским певичкам до Керри было как раком до Луны. На плебейский взгляд наемника SAMURAI сияли пиздаче, чище, ярче, но и музыка Евродина была искренней, пламенной и трогала нужные струны в душе. Кер повернулся к панорамному стеклу, сгорбился, уперев локти в столешницу, посмотрел вниз, взъерошил пальцами в перстнях бритые виски, и было заметно, насколько ему от одной этой мысли херово — как серпом по яйцам. И Ви это удивляло бы, если бы он не вспомнил о главной заебной черте всех людей искусства — вечной неудовлетворенности собственными творениями. Ох уж эти, блять, сомнения, переходящие в экстатический восторг. — Тону в грязных деньгах вместо того, чтобы в них купаться.
— Слушай, мы не то, чтобы хорошо знакомы, но я знаю: у тебя душа и яйца рокера, Керри. И музыка твоя об этом вполне себе четко говорит. Без вариантов, — и душой соло не покривил ни разу. Да блять, после того, как рокербой обнулился, Евродин стал единственным и бесспорным номером один на этом ебаном рокерском пьедестале.
— Ты думаешь? — Кер глянул на Ви искоса, хитро, довольно, явно уже оттаивая. А наемник в который раз поразился скорости, с которой Евродин переходил от эмоции к эмоции. Серьезно, тут даже Джонни ему проигрывал со своими наркотическими и психическими перепадами настроения. — Спасибо…
— Этот город не прощает ошибок. Он сжирает людей заживо за любой промах, Керри. А ты выжил. И яйца для этого нужны внушительные, — Ви откровенно улыбнулся Керу.