— А что празднуем-то? — с усилием заткнув ту свою часть, что, кажется, стала отражением рокербоя, Ви устроился расслабленно рядом с Евродином и улыбнулся тому, приподняв одну бровь. Может он, в конце концов, спокойно, без угрызений совести, не чувствуя себя предателем всех своих принципов, разок прокатиться на яхте по заливу? Сучья совесть немного притихла, но все равно глухо подгрызала изнутри, мать ее так. Наемник постарался максимально абстрагироваться. Совсем недавно он попросил бы Джонни отъебаться. Но теперь, кажется, это уже был не Сильверхенд. А просить заткнуться самого себя — такая себе идея. Так и до шизофрении недалеко.
— Перерождение, — упиваясь с удовольствием словом, Керри положил гитару на бедра и мечтательно посмотрел на пылающий край солнца, на глазах скрывающегося в зеркальной глади. — Новый виток жизни.
— Виток жизни, значит, — Ви кивнул, смакуя словосочетание. Звучало хорошо. Звучало так, словно бы Евродин наконец-то смог выйти из омрачавшей его существование тени. И готов был это отпраздновать. Кер, хоть и был ебанутым, — как водится, ага — соло нравился, и ему было приятно видеть его воспрявшим. Осознавать с надеждой, что теперь у него все будет хорошо
— Ви, ну не заставляй ты меня портить тебе сюрприз! — прищурив подведенные глаза, Евродин нетерпеливо нахмурился. Ожидание и сомнения были не в его стиле, это Ви уже успел понять.
— Окей, ладно. Звучит заманчиво, — наемник неопределенно, но воодушевленно махнул рукой в сторону простершейся водной глади. — Поплыли.
Вечер обещал быть томным и приятным. Яхта шла медленно, чуть покачиваясь на волнах, последние лучи приглушенно отблескивали на воде, теряя золото в полумраке. Проплывали мимо остовы затонувших судов, торчащих на поверхности мачтами и изъеденными коррозией корпусами. SEAMURAI на автонавигации аккуратно обходил препятствия, прокладывая курс близко от берега. Вдалеке в надвигающейся темноте исходил вечными рекламными огнями Найт-Сити, содрогался в потоках остывающего мерцающего воздуха. Отсюда казался молчаливым, беззвучным.
Все вокруг настраивало на умиротворяющий лад. Керри наигрывал приятную красивую мелодию — все с той же волшебной ловкостью, недоступной пониманию Ви. Соло упорно следил за магически легкими движениями пальцев, без напряга касающихся мимолетно ладов, словно зависал, но никак не мог уловить ни закономерностей, ни общей схемы. Оставалось смириться с тем, что ему это было банально не дано. Он не врубался. Но наслаждаться с восхищением это Ви не мешало. И он наслаждался от души, искренне радуясь тому, что Евродин ожил в своем творчестве. Да еще и стартовав такой-то красотой. Мелодия, на невзыскательный вкус наемника, обещала стать охуительной песней. Он растянулся на кожаном сидении, расслабленно раскинув руки на спинке дивана, вытянул ноги и заинтересованно слушал рассуждения Кера о новых витках жизни, свежих началах, рассказы о временах, когда тот работал официантом на лайнере, о смысле песен.
Рокербой, словно проникнувшись общим обволакивающим покоем, устроился на борту ближе к носу, разлегся, уложив одну руку под голову, согнув стройную ногу в колене, и смотрел, кажется, на выползшую на небосклон блеклую в размывающем картинку смоге луну. Как ни странно, молча слушал беседу наемника и Евродина. На Джонни в подобном состоянии можно было любоваться редко — гораздо чаще он пиздел и мельтешил. В ответ на эту мысль, с задержкой всего на секунду, Ви закономерно и ожидаемо получил томно поднятый фак. Сильверхенд даже головы не повернул. Соло ухмыльнулся, мысленно привычно послав рокербоя на хуй. Как ни странно, вторым факом тот не огрызнулся. То ли поленился, что сомнительно, то ли, и правда, кайфовал в непривычном покое, с явным удовольствием слушая рассуждения друга о планируемом новом альбоме.
А Керри и правда ощущался обновленным — горел, желал изменений, говорил о том, что теперь все будет иначе, совсем по-другому. И Ви было приятно греться о его воодушевление. Восторг Евродина позволял отвлечься от своих проблем, временно забыть о творящемся в собственной жизни пиздеце, радуясь, что хотя бы у кого-то искреннего и достойного нормальной жизни все будет хорошо.
— Вот увидишь. Никаких больше скандалов, странных выходок. Нет! Все, с этим покончено, — продолжал все тем же эйфорическим тоном Кер, но в глубине его ярких голубых глаз наемник успел поймать знакомый дикий хитрый отблеск. Руки на спинке дивана инстинктивно и уже привычно напряглись. Кажется, Ви научился считывать хаотические эмоции Евродина. И после следующей фразы рок-идола соло в этом убедился, даже наградив самого себя подтверждающим кивком головы. — Ну… с завтрашнего дня. Ну что, бля, пробил час освобождения!