Удар кулака почти раскалывает зеркало напополам, уродливая трещина сползает до нижнего края.
— Перестань, пока не слетел с катушек окончательно. Просто, блять, перестань! — но даже изменившийся голос, ставший ниже, более хриплым, все равно принадлежит пацану. Каждый звук его вбивается в нутро ударом, пулей, вышибая непрошенную физическую реакцию, возбуждая и одновременно уничтожая. Заебись же история, да? Мужик, почему у тебя стоит? А хуй знает, чумба, это я тут парой слов с соседом перекинулся, сука. Он теперь думает, что я его поклонник, но хуй угадал. — Тебе не пятнадцать лет. Ты не ебаная безмозглая амеба. Ты блядский венец эволюции, будь мы все прокляты нахуй!
Джонни хочет подойти к этому вопросу с толком, задавить себя логикой. Разве он так тащится от этого тела? Что он, не ебал тел пошикарнее? Пацан и пацан. Мускулистый, привлекательный, но совсем не красавец, простоват. С дурацкой открытой заразительной улыбкой, чуть кривящейся — один уголок узких губ при усмешке всегда чуть выше другого…
Да ебаный ты нахуй! Нет, не сюда. Тут запрещающие знаки. Опасно!
Кому расскажи, не поверят… Грусть запредельная, с привкусом шизы. Ну ладно, и смешно немного. Можно травить, как поганый анекдот. Он, Джонни Сильверхенд, пытается улыбаться себе сам в зеркале именно той, кривоватой ухмылкой Ви, чтобы снова увидеть ее, хотя бы так. Ебаный эрзац. Психоз. Ебанина! Но самое страшное: у него не получается повторить ту улыбку полностью, аналогично. У тела уже другой хозяин, и его усмешки другие — он почти не показывает зубов, приподнимает в изгибе уголки губ. Нет так, не так… Совсем не похоже.
Наемник когда-то фанател от его шмоток. Думал наивно, что Джонни не знал. А Джонни знал. Считал это нездоровыми и охуеть какими забавными заебами. А теперь съехал с катушек еще покруче, разве нет? Иронично пиздец, ага.
Сумасшествие, крепко завязанное на образах, на памяти тела, на желании… Но ведь это вовсе не главное?
Он тащился от самого Ви, не так ли? От его верности, упорства, принципиальности, упертой тяги к справедливости, пизданутой заполошной необходимости спасать обездоленных и помогать каждому сирому и убогому. От умения понимать, блять, чужую боль.
Так вот, эта желанная личность в теле теперь отсутствует. Разве ты некрофил, чумба? Уймись. Перестань воспринимать это тело как часть пацана. Без него это всего лишь мясо и хром, не больше.
Все правильно, сначала разорви связь ассоциации тела с Ви. Потом, когда оно станет для тебя бесхозным, ничьим, сможешь попытаться связать его с собой.
Но, — сюрприз-сюрприз! — если бы все было так просто, то психологи давно перестали бы жить в роскошных апартаментах в центре Найт-Сити. Пока что ему остается признать себя, судя по всему, некрофилом, и сознание его, за неимением личности Ви, вполне соглашается удовлетвориться пустым телом. Пиздец.
Да, Ви здесь больше нет, а реакция есть. Глупый рефлекс, память психики.
Теперь в этом теле лишь ебанувшийся, видимо, окончательно, рокербой, старающийся не дрочить на себя. Пока безуспешно.
Срочно, блять, в номер!
Ухмыляясь ломано, Сильверхенд смотрит в собственное — нихуя не собственное — располовиненное трещиной отражение в кои-то веки прямо и открыто, не пытаясь избежать его или отвести глаза. Потому что ярко осознает, что происходящее заебало его до крайности. До вопля. До судорог. До чрезмерной степени безумия.
Хватит. Джонни твердо решает, что просто, блять, уже хватит. Если никто и ничто помочь ему не может, он поможет себе сам, как и бывало обычно.
Делов-то, сука. Главное — раскидать ситуацию, упростить ее до невозможности. Чего тут, блять, сверхъестественного? Он есть, Ви нет, возбуждение — просто возбуждение.
Думай так, как тебе, блять, удобнее, чумба. Дрочишь на мертвого Ви? Дрочи сколько влезет. Пацан точно не был бы против. Дрочишь на себя? Тоже ничего страшного. Это, сука, у многих ебанатов в ходу — тоже мне изврат. Скучаешь? Скучай молча, только завали ебло и прекрати ныть. Займись, сука, делом.
Выкинь мусор, заебашь кофе, собери приемник, послушай полицейскую волну, прочти что-нибудь полезное для мозга. Неплохо бы привести измотанное тело в форму, раз уж нарисовался такой вал свободного времени. Если пока нет доступа к великим свершениям, займись хотя бы чем-то, пока тебя не разорвала изнутри твоя же личная ебанутость.
Закуривая, Джонни, одетый в одни джинсы, останавливается на пороге ванной, запрокинув голову и с отвращением глядя на впечатляющий адок, творящийся в большой комнате.
Работы, сука, непочатый край. Мерзкой, ненавидимой им рутины.
Вот поэтому он и обретался почти всю жизнь в мотелях, блять.
Ничего, сука, нет хуже ебаной уборки своими руками.
Каторга.
Отличное тошнотворно обывательское начало для того, кто хочет вернуть себе относительную адекватность.
Комментарий к There's a canvas with two faces Офигенная иллюстрация к главе авторства BananaLover: https://ibb.co/Jn1H911
Комментарий к Never Fade Away A billion years away from you
I'm on my way
I'm on…
I'm on…
M83 — My Tears Are Becoming A Sea