Сола тихонько всхлипнула и осторожно коснулась пальцами лба. Видимо, судьба сильно расстроилась, когда Морган залечил шишку на лбу у тсаревны, и повторила фокус, только вот целителя поблизости больше не было. Мысленно выслушав злобную отповедь, которой несносный деймин наверняка наградил бы неуклюжую светлую, она возблагодарила небо за ниспосланное ей одиночество. Кое-как поднявшись, тсаревна побрела дальше, шипя сквозь зубы от боли по всему телу. От неожиданного падения она перестала ориентироваться в какую сторону шла, оставалось только надеяться, что ноги сами выведут ее в правильном направлении.
Последнее происшествие немного охладило Солу, ярость поутихла, и девушка, наконец, начала замечать окружающее, от чего ее раньше отвлекали назойливые мысли. Живая темень, разлитая в лесу, поскрипывание призрачных ветвей, редкие шорохи и шелест серебристых листьев. Вот хрустнула ветка где-то вдалеке, тихо плеснул по воде рыбий хвост, почти неслышно ухнуло где-то справа. Тсаревна явственно ощутила, как от леденящего ужаса зашевелились короткие волосы у нее на затылке. Она одна посреди ночи в сумрачном лесу!
Совсем рядом кто-то тихонько вздохнул.
Оказалось, что лазить по деревьям не так-то сложно! Только почувствовав, как ветка, в которую вцепились судорожно сжатые руки тсаревны, гнется под ее весом куда-то вниз, она смогла остановиться. Точно, дура! Убежать от дейминов смогла, а вот подумать, что будет делать посреди ночи в кишащей кошмарными тварями чаще, забыла. Ветка мелко дрожала вместе с повисшей на ней девицей. Сердце колотилось словно безумное, готовое, видно, выскочить, лишь бы оказаться подальше от темной земли.
С высоты открывался потрясающий вид на залитый лунным светом лес, чистое чернильно-черное небо и серебристый свет слабо мерцавших звезд отражались в перепуганных глазах шейсы. Ужас мешал в полной мере оценить красоту чуждой светлым природы, насладиться прекрасной бархатной ночью, вместо этого бедняжка только крепче держалась за шершавую кору, медленно раскачиваясь на самой верхушке высокого дерева. Мамочки!
Когда заледеневшие пальцы совсем устали, а пульс немного замедлился, Сола заставила себя слезть немного пониже в защищающие объятия пышной кроны. Нервный смешок сорвался с ее побелевших губ. Вот ведь как легко оказалось научиться аристократке заниматься тем, что по статусу уж никак не положено! Тогда в грозу, когда девушка бежала от страшных зверюг под дождем, ей не выпало возможности взобраться на дерево, служившее домом непоседе Тинке, зато сегодня досадное упущение было исправлено.
Могучий ствол разделялся на три более тонких, и тсаревна вполне уверенно расположилась в развилке, надежно защищенная кривыми ветвями. Здесь кора уже не была шершавой, ее покрывал какой-то мягкий пушок, который иногда рос на листьях декоративных растений в тсарских оранжереях. Было очень удобно опираться листвой о широкую ветку, усталость потихоньку давала о себе знать, и та неведомая сила, помогшая тсаревне буквально взлететь на верхушку дерева, отступила, оставив девушку опустошенной. Что бы там ни было, Сола весьма сомневалась, что ей удастся уснуть, но двигаться дальше по лесу в темноте она отказывалась. Оставалось только размышлять.
Перспективы открывались довольно мрачные…
Рассвет принесет с собой необходимость выбирать направление, и неверный путь приведет тсаревну не в Алайю, жестокую, но знакомую страну, а в дебри Сумрачного Эйда. Морган в своем ночном разговоре неизвестно с кем обронил фразу, что светлую просто разорвут на части, стоит ей сунуться в один из оплотов, а в лесу без магии и оружия не выжить. Выбор между верной смертью и возвращением туда, где каждый встречный может потенциально оказаться очередным работорговцем, был очевиден.
Веки измотанной в конец девушки тяжелели, шелест листвы убаюкивал. Мягкий от пуха древесный ствол оказался вполне удобен для сна, и не было ни сил, ни желания бороться с усталостью. Легкий укол под лопатку был практически неощутим, так что Сола не обратила на него внимания. А потом было поздно.
Онемение разливалось по телу, кровь послушно разносила неведомый яд в самые дальние уголки, лишая светлую возможности двигаться. Сознание ее погрузилось во тьму, цепкие лапы аккуратно извлекли безвольную фигурку из развилки ветвей. И почему странная добыча решила, будто на дереве безопаснее, чем внизу? Хищнику было не до размышлений, следовало позаботиться о пленнице поскорее.
Тсаревна абсолютно не чувствовала боли, когда кожу на спине вспороли, частично отделили от мышц и натянули, засовывая что-то внутрь. Яд, к счастью, лишал ее чувств и не позволял прийти в себя, судьба решила, что подобное будет лишним.
