Правда, уже больше года я не видел этот мячик. Запулила его Сонька куда-то. Потом мы вместе с ней его долго искали. Все потаённые уголки проверили, но не нашли, как будто испарился. А тут смотрикась, нашёлся!
Следом за подскакивающим мячиком, на кухню врывается хвостатая футболистка. Увидав блинок, Сонька замерла на миг, после этого потеряв интерес к футболу, потёрлась своим серым бочком об мои ноги, и принялась за поедание любимого лакомства. Я не удержался, наклонился и погладил её по спинке. И тут же почувствовал, как тоска на душе развеялась, словно утренний туман.
И не удивительно, ведь Сонька – известный лекарь: мастер чудодейственного «котейского» массажа! Мне по молодости не повезло, умудрился повредить позвоночник. С той поры неприятные боли в спине периодически отправляют в горизонтальное положение. А Сонька каким-то образом узнала про мою беспокоящую травму, и стала на добровольной основе снимать ноющую боль, котейски профессионально массажируя спину своими лапками.
Вот и накануне ночью, когда устраивался спать, услышал возле кровати её мягкие шаги. Потом последовал прыжок мне на спину. Прошло минут десять, и я почувствовал, как под воздействием массажирующих движений её лапок, боль покидает моё тело. Так и уснул, ощущая на спине эту одарённую целительницу, что-то мурлыкающую в темноте.
В то время пока я занимался блинами, Сонька носилась с мячиком из кухни в зал и обратно. В квартире царила атмосфера весёлого переполоха. В эфире Рэтро-FМ звучали хиты восьмидесятых. На душе у меня было легко и светло. Тем временем горка горячих блинов увеличивалась. Посмотрел на часы. Тринадцать сорок. Скоро должен прийти Николай.
Когда закончил стряпать, поставил греться чайник, а сам разместился за столом. Тут же у меня на коленях очутилась серая проказница, которая стала ластиться и требовать добавку. Получив желаемое, спрыгнула на пол и заурчала, с удовольствием поедая нямняшку.
Когда от блина оставалось лишь несколько покусанных кусочков, Сонька навострила свои ушки. А затем тенью метнулась в прихожую. Через минуту слышу, как открывается входная дверь и знакомый голос произносит: «Папа, ты дома?».
Это сын Николай приехал в гости, проведать нас.
– Дома, Коля, дома! – откликнулся я и встал навстречу входящему на кухню сыну. Обнялись. После этого присели за стол, на котором стояла тарелка с блинами, блюдечко с мёдом и чашки для чая.
– Ну что Коля, как тебя встретила Сонька у порога? – первым делом поинтересовался у сына.
Николай на миг замер и посмотрел на меня с нескрываемым удивлением. А после этого с озабоченностью и тревогой в голосе сказал: «Папа, ты же знаешь, я тоже очень люблю Соньку. Но, сегодня ровно год, как она покинула этот мир и ушла на радугу. Я уверен, что попала Сонька в свой кошачий рай. И тебе надо смириться с этим».
Наверно сын хотел ещё что-то сказать в том же духе, но осёкся, увидев выражение моего лицо. После короткой паузы сочувственно спросил: «Что, пап, тебе опять что-то померещилось?»
-Ну почему же померещилось? – с волнением в голосе возразил я. И рукой указал, сначала на покусанные Сонькой кусочки блина, лежащие на полу возле плиты. Следом на волоски её серой шерсти, оставшиеся у меня на трико, после того как она там посидела, выпрашивая добавку.
Сын проследил за движением руки, и после этого с любопытством взглянул на меня. Затем отрицательно закачал головой из стороны в сторону. Было видно, что он собирается что-то сказать. Скорее всего, выразить свою озабоченность моим душевным состоянием. Но… в этот момент из глубины зала послышались знакомые звуки озорной кошачьей кутерьмы. А далее на кухню влетел любимый Сонькин оранжевый мячик.
Это художественный рассказ, написан по мотивам реальных событий, с некоторыми элементами вымысла.
В тени разлапистой сосны, сиротливо стоящей посреди поросшего небольшими кочками деревенского пастбища, сидел местный пастух Егор Кузьмич. Невысокий, суховатый мужчина, возрастом далеко за пятьдесят. Яркий белый диск солнца давно перевалил за полдень, но припекающий жар от этого заметно не уменьшился.
Избыточно знойным нынче выдался август. Уже давнёхонько время подошло хорошему проливному дождю собраться, да щедро напоить потрескавшуюся от жары землю, долгожданной живительной влагой. Ан нет, бледно-голубой небосвод до самой линии горизонта чист. Только пара небольших, как комки ваты облачков, виднеется на востоке.
Рядом с Кузьмичом пасётся деревенское стадо. Коровушки всех мастей медленно срывают и уныло жуют чахлую траву, нервно машут хвостами, мотают головами, отгоняя назойливых ненасытных кровопийцев. Вот чего-чего, а слепней нонче уродилось много. Большие, маленькие, средние, всякой расцветки.
