— Это «щабу-щабу», — гордо объявила горничная, показывая, что нужно с этим делать. — Каждый кусочек берётся палочками, два раза быстро макается в кипящее масло («щабу» — один раз, ещё «щабу» — второй раз), и затем, подув, чтобы не обжечься, нужно отправлять мясо в рот.
— А можно делать не «щабу-щабу», — спросил Мартын, улыбаясь, так как услышал мысленные опасения хозяйки, что говядина останется сырой, — а, например, «щабу-щабу-щабу-щабу»?
Сам-то он знал ответ, но хотел, чтобы его озвучили для Любы.
— Можно, — хихикнула японка, сморщив маленький носик, — но тогда будет бр-р-р, — она скривила лицо, показывая, какая это будет гадость. — Надо просто «щабу-щабу», а то очень дорогое и вкусное мясо испортите.
С трудом выдержав все шесть перемен блюд, Люба обрадовалась окончанию ужина. Её не столько утомила еда, сколько то, как на неё то и дело смотрела работница рёкана. В последнее время девушка уже привыкла жить обособленно, почти не общаясь с посторонними без необходимости, и теперь присутствие улыбчивой японки было в тягость. Даже после учёбы, почти бегом бежала домой, чтобы, наконец-то, побыть в тишине.
— Чем займёмся? — спросил бес, — ты весь день дрыхла, может быть пойдём, погуляем? Только темнеет здесь очень быстро. Тучи разбежались от твоего храпа, так что можно полюбоваться на Фудзияму. Фудзи-сан, как её уважительно называют японцы, прекрасна при луне, которая, кстати, совсем скоро появится на небе. Нам очень повезло с полнолунием, хотя оно и было пару дней назад. Даже не идеально округлое ночное светило, когда окажется прямо над озером, освещая гору и любуясь на своё отражение в воде, смотрится великолепно.
А хочешь, отправимся в онсэн.
— Онсэн? Что это?
— Бассейн с горячей проточной минеральной водой, которая течёт из природных источников. Там местные жители купаются, расслабляются, а если он расположен на улице, то ещё и окрестностями любуются. Японцы к красоте относятся с большим уважением.
— А что вода из источников тёплая сразу идёт или её греют. Это же, как ключи, которые у нас из-под земли бьют? В Костышевке такой тоже есть, только там вода всегда ледяная, даже в самые жаркие дни.
— Тут она не холодная, даже не тёплая, а горячая — градусов сорок пять, а то и пятьдесят, поэтому онсэны часто делают на открытом воздухе, чтобы вода хоть немного остывала. Это из-за вулканов, в Японии их много. Есть источники, где вода и вовсе –кипяток, называется Дзигоку, что в переводе означает «преисподняя». В такой не искупаешься — свариться можно. Вулканы подогревают водичку, она кипит и булькает, как в кастрюле на раскалённой плите.
— Ого, интересно. Там, похоже, можно что-то варить! Но только почему-то у меня нет желания и сил никуда идти. Можно остаться здесь? Полюбуюсь этой горой из окна, и опять упаду на матрасик… спать.
Выглядела Люба всё ещё уставшей и очень сонной. В любое другое время бес попытался бы её растормошить, но в этот раз даже он понимал, что девушке нужен отдых.
— Конечно. Раз хочется — спи. Сейчас снова расстелю постель. Обычно это делает горничная, но я ей сказал сегодня больше не приходить, видел, как ты устала от её присутствия. Мне повезло, что ты такая «домашняя» девушка, твою прабабушку я бы сегодня не удержал, она сейчас наверняка была бы уже далеко отсюда, в каком-нибудь театре или даже изакая.
Бес быстро раскинул футоны, укрыв их белоснежной простынёй.
Люба забралась под лёгкое пуховое одеяло, зажмурившись от удовольствия, будто маленький котёнок.
— А Дзигоку это, как наш ад? Там, наверное, и правитель тоже есть, как у нас? — поинтересовалась она.
— Есть. Это бог — Эмма, только в него тут давно никто особо не верит, так, обычная страшилка и всё.
— Какое женское имя у него. Эмма. Я бы в такого тоже не верила, — хихикнув, заявила Люба.
— Имя, как имя, — пожал плечами бес и продолжил рассказ, — кроме того, есть река, которая отделяет мир живых от мира мёртвых, называется Сандзу.
— Как Стикс?
— Именно. Все религии придумывались людьми, а они заимствовали услышанные от других людей истории. Люди, к слову сказать, всегда любили прибрать к рукам всё чужое, это у них в крови, впрочем, как у любых других существ. В результате получились такие разные названия одинаковых по сути вещей. Стикс, кстати, известен по всему миру, потому что…
Мартын хотел ещё немного пофилософствовать, блеснуть своими знаниями, но Люба уже закрыла глаза и ровно посапывала во сне.
Утро следующего дня выдалось солнечным.
Сияющая белоснежной вершиной Фудзияма, гордо возвышалась над гладью озера, будто осознавая, что здесь она самая главная ценность, и все гости в этом рёкане родились именно для того, чтобы любоваться ей в такую замечательную погоду. Даже эта самая сегодняшняя погода создана, чтобы все могли видеть, как хороша Фудзи — сан.
Не успела Люба открыть глаза, как в двери постучались. Это была горничная, которая принесла завтрак.
К её радости завтрак был немного проще ужина. А мисо суп очень удивил девушку, не привыкшую к первым блюдам по утрам.
