– За это я бы тоже могла вмазать, особенно – министру образования. Придумал же – утвердить средний род, как допустимую норму!
– Ну, Марина, не надо так ревностно сражаться за чистоту русского языка. Наверное, очень многим кажется, что «кофе» имеет окончание среднего рода. И ты им всем будешь морды бить?
– А многим не кажется, ведь раньше он назывался «кофий», отсюда – «кофеёк».
– Это уже будет «стенка на стенку», – вмешался Андрей, – Вы вообще на часы смотрите? Пора детей укладывать и няне звонить.
Выехали с запасом, добрались быстро. Марина пришла в «Муму» раньше времени, отстояла небольшую очередь, взяла 2 большие чашки кофе и вышла на улицу. За уличными столиками сидели несколько человек, в основном, студенческого возраста, молодежь любит гулять на Арбате. Марине повезло занять крайний столик, она села лицом в сторону Арбатской площади, ожидая прихода Лилии. Марина с удовольствием попивала кофе, разумеется, «черный», поглядывая на прохожих. Попадались очень колоритные личности, порой мелькали лица, знакомые по телесериалам. Вдруг все парни подняли головы и посмотрели в одну строну. Марина увидела, что к ней приближается женщина в розовом летнем костюмчике. На вид ей было лет 35-40, невысокого роста, средней комплекции, она шла слегка танцующей походкой. Марина оглянулась по сторонам: всё ещё смотрят!
– Вы – Марина? Привет!
– Привет! А вы – Лилия? Будем знакомы! Присаживайтесь. Вот кофе, сахар, если надо. Боюсь, уже остыл.
– Спасибо! Я не пью кипяток, – Лилия села на деревянный стул с высокой спинкой, закрывшей её от публики, и мужчины понемногу утратили к ней интерес
– Ой, здесь всё ещё дают фирменные конфетки! – Она в восторге закатила глазки, взяла чашку, глотнула кофе. – Обожаю Арбат! Так какое у вас ко мне поручение от Роберта Оленина? Мы не виделись с ним с 1997 года.
Марина рассказала про книгу, про тех, с кем успела поговорить, предложила вознаграждение за информацию. Лиля удивилась.
– Надо же! Какой молодец Роберт! Хочет память о брате увековечить. Интересная у него идея – художественная проза, занимательная форма. Это цепляет.
– Расскажите мне про лето 1994 года, про вашу компанию, про пожар.
Мои родители не имели своего домика в Лесновке, но каждое лето на месяц снимали дачу. Это началось давно, маме и мне очень помогал сосновый воздух. Мне в то лето исполнилось 20, я перешла на 5-й курс. С кем же я дружила тогда? Ах, да, с Серёжей. Какой был милый мальчик! Строил планы нашей семейной жизни. Он ведь утонул потом, представляете? А если бы я вышла за него, то осталась бы вдовой. Дачная компания у нас крутилась вокруг Роберта и Павла Олениных. Правда, Роберт был старше и серьёзнее, но очень нравился девочкам.
Я от него была без ума с пятнадцати до шестнадцати лет. Потом мне нравился Игорь из театрального кружка, потом Витя – сосед с мотоциклом, потом Павел, мы с ним целовались. А в то лето – Серёжа. Он был из нашей учебной группы, а в Лесновку поехал за мной, родители дали денег снять комнату. Он от меня буквально не отходил ни на шаг. Это было приятно, но потом наскучило. И замуж я вышла назло Серёже.
Марина слушали и удивлялась. Ни вдали, ни вблизи Лилия не произвела на неё впечатления неотразимой сердцеедки: ни длинных стройных ног, ни высокого бюста, ни осиной талии, ни пухлых губ, ни гривы волос до пояса. Напротив: бесцветные глазки, удивленно приподнятые бровки, щечки пухленькие, как у хомячка, чуть обвисшие, губки бантиком. Волосы негустые, чуть кудрявятся, цвет сейчас русый, собраны сзади заколкой «крабик», спереди – челка. Голосок негромкий, тоненький, звучит ровно, будто готовый текст читает, а не про свою жизнь вспоминает. Средненькая серенькая мышка. Характерная черточка – жестикуляция, правой рукой все время помогает речи. А если кисть руки не вращается, указывая влево-вправо, вниз-вверх, вперед-к себе, то начинает трогать себя: волосы поправляет, ушко поглаживает, цепочку на шее теребит, подпирает подбородок. Может, в этом секрет, так она привлекает к себе внимание мужчин?
Замужество Лилии Марина запланировала «на десерт», поэтому поспешила вернуть собеседницу в другое русло:
– Но тогда, в 94-м году?
– Ах, да, летом 94 года, мы жили в Лесновке, когда приехал Павел Оленин с компанией и пригласил меня на день рожденья. Ему целой кучи девушек было мало, он любил быть центром толпы. А так нас набралось четверо, да ещё на пляже местные красотки подсаживались. День рожденья официально должны были отмечать в субботу, с родителями и Робертом. А пока гуляла и развлекалась одна молодёжь. Мне было всегда интересно в компании с Павлом, он любил пошутить, повеселиться, рассказать что-то захватывающие про свои поездки. Миша был у нас заправский гитарист, знал много песен, даже сам сочинял. Он предыдущим летом для Киры написал такую милую песенку. Сейчас, вот вертится в голове.