Принимаю ванну, давно уже научилась делать это сама, без помощи горничных. Одеваюсь и подхожу к окну, распуская косу и поправляя пряди. Выглядываю на улицу. Вижу, как из нашего дома выходит мужчина и направляется к карете. Около нее останавливается и оборачивается, глядя на мои окна. Сразу его узнаю. Точнее, имени гостя не знаю. Но недавно столкнулась с ним в парке. Когда, устав от постоянного недовольства дяди, отправилась с няней погулять. Этот мужчина, проходя мимо нас по аллее, едва не вывернул шею. И не отводил от меня мрачный взгляд. Но к счастью, не подошел. Этикет такое запрещает, раз мы не представлены друг другу.
И вот теперь он в нашем доме. Этот визит меня очень беспокоит. Кто он такой? Что ему нужно? Откуда знает моего опекуна? Судя по карете и гербу, это явно кто-то из высшей аристократии. Мог ли мужчина проследить за мной после парка? Помню, когда мы с нянюшкой возвращались обратно, я все время оглядывалась. Не отпускало чувство, что кто-то смотрит в затылок. Если у них с дядей какие-то дела, это еще ничего. Но мне почему-то кажется, что гость приходил по мою душу. Только бы не очередной жених. В такого дядя вцепится и не отпустит. Впрочем, вряд ли настолько знатный человек захочет взять меня в жены.
Нянюшка Агата заходит в комнату.
— Иди, Мэй, ирод зовет, — вздыхает она. У них с дядей взаимная антипатия. Иначе, как иродом, няня его не называет. И тот тоже не скупится на нелестные эпитеты.
— Что дяде нужно? — уточняю с тревогой.
— Да кто ж его знает? Но чует мое сердце, ничего хорошего. Видела, кто к нам пожаловал? — кивает в окно. — Будь осторожна, сердечко мое.
Обнимаю няню, греясь в родных объятиях. Эта добрая женщина фактически заменила мне мать, заботясь обо мне с моего рождения. Отказалась от возможности завести собственную семью, детей. И всю нерастраченную любовь подарила мне. Выхожу в коридор и шагаю на половину дяди. Там у него несколько комнат. Мы специально разделили дом, чтобы пореже сталкиваться. Дядя занимает сейчас ту часть, в которой когда-то жили мои родители, а потом один отец. Мне от этого больно. Но сделать ничего не могу.
— Звали, дядя? — заглядываю в приоткрытую дверь кабинета.
— Проходи, Мэй, — зовет он. Судя по голосу, у него хорошее настроение. А значит, грядут очередные проблемы. — Садись. Ты знаешь герцога Саймона Стенли? — спрашивает, как только я устраиваюсь на небольшом диванчике.
— Нет, откуда? — качаю головой. А сама понимаю, что не ошиблась с положением гостя. Нас целый герцог посетил.
— А он тебя знает. Точнее, видел, в парке. Ты ему очень понравилась. Нам исключительно повезло, племянница, что такой человек обратил на тебя внимание.
— Что значит, обратил? — спрашиваю, холодея внутри. Дядя пристально смотрит на меня и обрушивает беспощадную правду:
— Мы только что заключили соглашение. Через три дня герцог придет к нам на обед, чтобы познакомиться поближе. Как только вступишь в брачный возраст, вы поженитесь. Ну что, довольна? Какого я тебе жениха нашел? Между прочим, он в дальнем родстве с королем.
— Вы нашли или он сам? — уточняю глухо.
— Какая разница? — отзывается опекун. Он прав, разницы для меня нет. — Это самая лучшая партия для такой бесприданницы, как ты. Гораздо лучше дракона. С этими ящерами пока ничего непонятно, — может, и непонятно. Но сватать меня дракону ему это не помешало. — Начинай готовиться к свадьбе. А пока закажи себе пару платьев получше. Денег дам, — раздает указания опекун.
А вот это совсем плохо. Чтобы дядя добровольно дал мне денег, должно случиться чудо. Или ему только что заплатили большую сумму. Похоже, меня продали. От отчаяния кружится голова. Вцепляюсь пальцами в подлокотник дивана, пытаясь справиться с дурнотой. Самое главное, спорить с дядей бесполезно, он не станет меня слушать.
— Смотри мне, Мэй, не испорти ничего, — заявляет жестко, заметив, что я отнюдь не радуюсь. — Если тебе герцог не по нраву, выдам замуж за торговца. Или еще кого похуже.
Со вчерашнего дня меня не отпускает беспокойство. Жалею, что накануне отпустил Лин, не добившись от нее обещания продолжить наши занятия. Она была так растеряна, что я не решился давить. А теперь не нахожу себе места от непонятной тревоги. В голове постоянно крутятся ее слова: что делать женщине, если у нее нет защитника. Я готов им стать, если она позволит. Но сначала Лин должна научиться мне доверять. Чтобы защищать, нужно знать, от чего. А моя ученица тщательно это скрывает. Я постоянно думаю о ней. И в какой-то момент даже чувствую отголоски эмоций. Хотя знаю, что это невозможно. Для нас невозможно. Ощущать и понимать друг друга без слов могут только истинные пары.
