— Загорелся склад на Чупитулас-стрит, — сказал он. — Я до сих пор не знаю подробностей. Кажется, начальник велел им убираться с крыши, которая вот-вот должна была рухнуть. Один парень то ли упал, то ли еще что, и мой отец попытался помочь ему. Вот тогда крышу и начало корежить. Рассказывали, будто она вздыбилась, как океанская волна, а затем рухнула. Все взлетело на воздух. В тот день они потеряли троих пожарных, а я как раз в это время прогуливался по Садовому кварталу, наслаждаясь снегом. Вот почему мы уехали в Калифорнию. К этому времени из рода Карри никого не осталось — тетушки и дядюшки покоились на кладбище Святого Иосифа. Всех их хоронила контора «Лониган и сыновья». Всех до одного.
— Все это, наверное, было для тебя ужасно. Он покачал головой.
— Самое ужасное это то, что мы радовались, когда уезжали в Калифорнию. Мы понимали, что никогда не сумели бы уехать, если бы не смерть отца.
— Ладно, садись и выпей шоколад, а то остынет. В любую минуту появятся Беа и Сесилия.
— Мне пора двигать. Слишком много дел. Сначала заеду в магазин, посмотрю, прибыл ли товар. Да, еще нужно подтвердить заказ на обслуживание вечеринки… Забыл им позвонить.
— Не нужно. Райен обо всем позаботился. Он и так говорит, что ты слишком много на себя взваливаешь. Сегодня он пришлет водопроводчика обернуть все трубы.
— Я сам люблю делать эту работу, — сказал Майкл. — Все равно трубы замерзнут. Черт. Это, наверное, будет самая суровая зима за последние сто лет.
— Райен говорит, что тебе следует считать его своим личным менеджером. Он велел официантам явиться в шесть. Так что если кто из гостей появится раньше…
— Отличная идея. Я к этому времени вернусь. Ладно. Позвоню тебе из магазина. Если вдруг понадобится прихватить что-нибудь по дороге…
— Эй, ты не можешь уйти, не поцеловав меня.
— Конечно. — Он наклонился и обрушился на нее с поцелуями, грубовато и поспешно, тем самым заставив ее тихо рассмеяться. Потом он поцеловал ее в живот. — До свидания, Маленький Крис, — прошептал он. — Скоро наступит Рождество…
В дверях он остановился, чтобы натянуть перчатки и послать Роуан воздушный поцелуй.
В этом кресле с высокой спинкой, в котором она устроилась с ногами, Роуан смотрелась как картинка. Даже губы стали ярче, а когда она улыбнулась, он увидел на ее щеках ямочки.
На улице даже пар шел изо рта от холода. Впервые за много лет он ощутил бодрящий морозец. Небо сияло голубизной. Майкл с сожалением подумал, что в этом году они потеряют все банановые пальмы, зато красавицы камелии и азалии стужи не боялись. Садовники успели подсеять зимнюю траву, и теперь лужайка смотрелась как бархатная.
Он задержал на секунду взгляд на миртовых деревьях с облетевшими листьями. Что это — неужели опять слышится грохот барабанов с праздника Марди-Гра?
Он прогрел машину пару минут, прежде чем тронуться с места, а затем покатил прямо к мосту. До Оук-Хейвен минут сорок пять езды, если на прибрежном шоссе удастся выжать хорошую скорость.
— А в чем состояла суть соглашения и обещания? — спросила Роуан.
Она стояла в спальне, устроенной в мансарде, такой чистой и светлой, с белыми стенами и окнами, смотрящими на крыши домов. Не осталось и следа от пребывания здесь Джулиена. Все старые книги унесли прочь.
— Сейчас это неважно, — ответил он. — Предсказание вот-вот должно исполниться, и ты откроешь дверь.
— Я хочу знать, в чем заключались условия соглашения.
— Это просто слова, передаваемые из поколения в поколение.
— Да, но что они означают?
— Это было соглашение между мной и моей ведьмой. Я обещал исполнять ее малейшие прихоти, если она только родит девочку, которая унаследует ее силу и способность видеть меня и управлять мною. Я должен приносить ей все богатства, даровать ей всевозможные милости. Я должен заглядывать в будущее, чтобы и она его знала, Я должен мстить за любую нанесенную ей обиду или проявленное к ней пренебрежение. А взамен ведьма постарается родить девочку, которой я смогу служить и поклоняться, как служил ее матери, а это дитя будет видеть и любить меня.
— И это дитя окажется сильнее матери и сделает следующий шаг к числу тринадцать.
— Да, со временем я разгадал тайну этого числа.
— Разве ты не знал о нем с самого начала?
— Нет. Это я узнал позже. Я узнал силу, которая со временем становится мощнее и совершеннее, я понял, что эту силу дают мужчины семьи. Я видел Джулиена, который был так силен, что затмевал свою сестру, Кэтрин. Я видел Кортланда, Я видел путь к порталу. А теперь и ты здесь.
— А когда ты рассказал своим ведьмам о числе тринадцать?
— В эпоху Анжелики. Но ты не забывай — мое собственное осознание того, что я видел, было примитивно. Я едва мог объясниться. Слова были для меня внове, как и процесс мышления во времени. Так что предсказание оставалось для меня туманным не по своей сути, а в силу определенных причин. И вот теперь ему суждено исполниться.
— И в течение веков ты обещал только служить?
