Те не менее зачем-то сходила обратно, проверила, точно ли исчез портал. И следа не осталось.
Все, пора домой.
Вышла на Малый Козихинский. А воздух-то здесь далеко не Инидарский! Надо же, как быстро отвыкла от московской гари и от московского шума. Катившиеся мимо машины, казалось, въезжали в мозг. А еще ноги почему-то еле шли. Может, это из- за зимних сапог?
Ну вот, наконец, и проходной подъезд. Глухой дворик. И вход в мой подъезд с нависающей над ним пристроенной шахтой лифта.
Через пару минут уже входила в квартиру. Пусто. Ни Лешика (по счастью), ни родителей. Опять уехали на дачу? Вероятно. Впрочем, отпуск у них еще не закончился, что им в Москве делать?
Прошла в комнату, без сил рухнула в кресло. И тут меня накрыло.
Как назло, вспомнились прощальные крепкие объятия, горячие жадные губы. Проклятье, да что ж за наваждение-то!
«Хочешь хоронить ошметки своего поганого кобелька» — застучал в мозгу мерзкий голос «герцога». Ну и какого черта?! Это он проверял, на что я ради него готова? Вот скотина! И тут же вспомнилась Настенька, выползающая из герцогских покоев. Еще и эту шлюху поимел, гад! Не побрезговал!
Только стоп! Ведь в то же самое время Грэй был со мной'. Так что либо Настенька там одна сидела, либо… Да и вообще хватало ведь моментов, когда я видела Грэйнара и герцога одновременно, рядышком. В любом случае, с Настей он трахаться тогда не мог. Может, зря я не дала ему договорить?
И снова губы, как назло, вспомнили его поцелуи, а тело — жаркие объятия.
А ведь мне теперь самой никак не вернуться! Дверь закрылась навсегда… И с подругами даже не попрощалась! Убежала, как взбесившаяся крыса.
Меж тем, как минимум, в тех случаях, когда все видели Грэя и герцога одновременно, последнего определенно играл другой. Но кто сказал, что исключительно в такие моменты? Вот бритый «Юлидар», в чьих объятиях я чуть не растаяла, это наверняка был Грэй. Но вообще в последнее время меня от «герцога» буквально тошнило! Может быть, тогда его изображал кто-то другой?
Ну не мог Грэй быть таким жестоким и грубым! Вести себя как отпетая скотина просто не в его природе. Уверена, он скорее отрубит себе руку, чем замахнется на женщину. Поэтому ему бы и в голову не пришли столь отвратительные выходки.
Черт, что же я натворила? А ведь он хотел что-то объяснить. И снова повторил, что любит меня. А я убежала! Надо было остаться и хотя бы выслушать его. Придушить эмоции, помолчать несколько минут и дать человеку сказать.
Слезы градом хлынули из глаз.
Но, может, он все еще держит портал открытым, а я его просто не нашла? Или закрыл, а потом открыл снова.
Я должна его выслушать во что бы то ни стало!
Сменив меховые сапоги на балетки, я бросилась обратно в тот проулок. Кажется, побила мировой рекорд по бегу на средние дистанции. А еще на перекрестке чуть не попала под машину.
Я точно помнила, где был портал. Ходила, всматривалась сквозь слезы, щупала воздух.
— Грэй! Грэй, открой, давай поговорим! — кричать не решалась- шептала. Да и все равно он не услышит, разве что почувствует как-то ментально. А может, сердцем?
Еще часа два я бесполезно топталась на месте портала. To отходила в сторону, то возвращалась. И вновь взывала к оборотню.
Нет, он не слышит. Его нет у портала. Он давно ушел.
Но вдруг он все же вернется? Значит, буду ждать. Как Хатико. Поселюсь здесь… Вот только старушка из окна с первого этажа, по-моему, уже звонит в полицию. Пожалуй, роль Хатико мне играть недолго. Сейчас приедет наряд, а у меня даже паспорта с собой нет.
Все, надо возвращаться домой.
И снова меня встретила пустая квартира, до потолка заполненная одиночеством. Неужели я больше никогда не увижу теплой улыбки Аринэль, робкого, но такого милого, взгляда Джабиры, ухмылки наглого Агардэна? Ну и, конечно, моего альфу. Больше не утону в его бездонных синих глазах, не почувствую вкуса его поцелуев, не прильну к широкой мускулистой груди, не расплавлюсь в объятии сильных рук, не согреюсь от его улыбки. Не услышу ни его жаркого шепота, ни бархатистого голоса. Даже просто поговорить с ним не смогу. Рассказать о том, что на душе, что тревожит. И в ответ получить его твердое «я все решу».
Сердце отчаянно ныло. Казалось, еще немного и разорвется на части. Что ж я натворила, идиотка?
Слезы текли рекой. Я давно их уже не вытирала.
За окном наступила ночь, но сна не было ни в одном глазу. Какое уж тут спать, когда удавиться хочется!
Ела я последний раз за завтраком еще в Эминдоре. Но аппетит был так же мертв, как и желание спать. Да и вообще внутри меня ничто не подавало признаков жизни, кроме сердца, которое почему-то все еще стучало в груди, отсчитывая новое время моей жизни. Жизни без Грэя. И каждый удар отдавался нестерпимой болью.
Ночную тишину разорвал звонок в дверь.
Это еще кто? Если Леша, на разборки с ним у меня сейчас совершенно нет сил. Этот кобель вспомнил, что именно сегодня должна была состояться наша с ним свадьба, и ему хватило наглости приехать? Дьявол бы его подрал!
Кое-как выбралась из кресла и побрела к двери.
— Кто? — спросила я громко. Если Леша, просто не отопру к чертовой матери.
