– Ой, да нет что вы, я уже давно не сплю. – С иронией и охрипшим голосом ответила я.
– Что-то, судя по твоему голосу, не видно, все-таки значит разбудил. Но ничего, еще выспишься,– «ага в другой жизни, может быть» с обидой подумала я. – Лина, ты когда собираешься на базу?
– Так это у меня вроде сегодня выходной. – Неуверенно произнесла я.
– Боюсь, мне придется лишить тебя этого выходного, но обещаю взамен этого дам тебе два. Договорились? – с надеждой произнес Игнат Васильевич, хотя знал, что не могу я отказать. И таких выходных у меня уже было не меряно.
– Договорились. – С некой грустью ответила я.
– Отлично! Суть дела в том, что у меня есть для тебя важное задание, которое нельзя отложить на потом. При этом гонораром я тебя как ты знаешь, не обижу, он, обещаю, будет очень щедрым. Все остальное узнаешь, когда прибудешь на базу. До встречи Лина. – С серьезностью произнес последние слова, шеф, и, не дожидаясь моего ответа, положил трубку. Видимо предстоящий разговор о новом деле действительно сильно заинтересовал Игната Васильевича, а вот я почему-то сразу насторожилась. В моей душе закралось сомнение и в какой-то степени волнение.
Несмотря на мое негативно сложившееся представление о предстоящем деле, я все же не могла подвести моего шефа, так как была многим обязана ему. Чтобы внести ясность, пройдусь по своей автобиографии.
Маленький сверток белоснежного покрывальца, с вышитым именем «Эвелина», в котором находилась я, нашли около небольшого монастыря, от туда меня передали в специальное учреждение для брошенных и ни кому не нужных. Детство мое протекало крайне трудно. Мой дурной и пылкий нрав, всегда создавал мне кучу проблем. Я всегда выделялась чем-то, сама не понимая того, как будто совершенно была из другого мира. Поэтому была изгоем среди своих сверстников и постоянно вела борьбу за свое жалкое существование. Когда мне исполнилось семь лет, я сбежала с детского дома, и долгое время бродяжничала, пока надомной не сжалилась моя стервозная судьба и не свела меня с моим теперешним шефом.
Помню, мною двигало острое ощущение голода, на одной из улиц располагался небольшой ларек с вкусными булочками, около него всегда была почти километровая очередь. Продавец при такой толпе терял бдительность, что было мне на руку. Мне всегда удавалось заполучить желаемый объект. Но моя удача в один момент перестала сопутствовать мне. Продавец заметил, как нагло и открыто воруют его драгоценные булочки. Я даже не успела отреагировать, как он поймал меня. Его злой взгляд, был целиком устремлен на меня, а рот издавал оглушительную волну ругательств, которые пронеслись по всему кварталу, привлекая новых зрителей. Он тряс меня с такой неимоверной злобой, что мне казалось, все мои внутренности превратятся в кашу, голова закружилась и к горлу подкатила тошнота. В это время через длинную толпу, которая в два раза стала еще больше, пробирался мужчина. Мужчина, в черном деловом костюме, был очень большим, высоким с широкими плечами, за которыми казалось можно спрятаться и быть в полной безопасности. Черные как воронье с отблеском синевы волосы, были аккуратно уложены на его голове, красивые карие глаза внушали, несмотря на такую грозную внешность доброту и ласку. Зрители затихли и уступали незнакомцу дорогу боясь оказаться у него на пути. Мой обидчик перевел свое внимание на него, который почти был уже рядом около нас. Я, в свою очередь постаралась осуществить свой задуманный план, то есть дать деру, и поминайте, как звали. Но не тут-то было. Продавец видимо понял мои намерения и сжал до ужасной боли мою руку, что на моих глазах появились слезы, которых я старалась сдерживать, таким образом, не показывая свою слабость. Увидев это мужчина, обратился к продавцу:
– Отпусти девчонку, она ведь еще ребенок! Я компенсирую твои убытки, причиненные ей. – Грубым и властным голосом произнес незнакомец, заставив тут же осуществить его приказ. Через долю секунды я была свободна и потирала свою руку, на которой образовался большой синяк. Я не убежала, мне было интересно, что же будет дальше, какие следующие меры предпримет мой спаситель.
– Эта несносная девчонка постоянно наживается на моем добре, она преступница и должна понести соответствующее наказание. – Набравшись смелости, произнес дрогнувшим голосом, то ли от страха, то ли от злости продавец. Незнакомец, улыбнувшись, посмотрел на меня и окружающих, после чего сказал тем же властным голосом с некой насмешкой в сторону моего обидчика:
