Ему вдруг захотелось оказаться вне стен этого дома – дома Эдварда Кросса. А вот в саду было гораздо уютнее. В саду, созданном руками Элизы…
– Конечно. Как вам будет угодно, – ответила девушка.
Они вышли из дома – день выдался теплый и солнечный, – и Хью предложил Элизе взять его под руку, что она тотчас же и сделала. Что ж, неплохо для начала… В общем-то граф почти не сомневался в том, что Элиза примет его предложение, но расслабляться все равно не стоило.
Вскоре к ним присоединился Вилли, и Хью сразу почувствовал перемену в Элизе. Она радостно улыбнулась и, присев, погладила пса.
Хью тоже присел. Вилли лизнул его ладонь и, опрокинувшись на спину, подставил живот. Граф почесал собачье брюхо, и Вилли блаженно зажмурился и задергал задней ногой.
Элиза рассмеялась.
– Вы умеете найти к нему подход, милорд.
– Вилли хороший пес, – сказал Хью и, сняв перчатки, сунул их в карман.
Вилли вскочил на ноги, и граф принялся гладить его по бокам – то по левому, то по правому. Пес повилял хвостом, радостно подвывая, потом сорвался с места и бросился искать что-то на клумбе с лилиями.
– Вы ему нравитесь, – с улыбкой сказала Элиза, и Хью вдруг вспомнил о поставленном Кроссом условии: пса ему также придется забрать к себе.
– Надеюсь, что не ему одному, – с ухмылкой отозвался Хью.
Глаза девушки округлились, и она отвернулась, делая вид, что наблюдает за Вилли.
– Дорогая, я заставляю вас нервничать? – участливо спросил граф, взяв ее за руку.
– Нет-нет. – Элиза нервно облизала губы.
– Вот и хорошо. Давайте продолжим прогулку. – И они снова зашагали по садовой дорожке. – Я очень рад, что познакомился с вами, – неожиданно сказал граф.
– И я, – едва дыша, отозвалась Элиза.
Пока все шло по плану, и Хью был доволен. Немного помолчав, он проговорил:
– И моя мать очень рада.
Это было не совсем так. Вернее – совсем не так. Сегодня утром мать приперла его к стенке и принялась отговаривать от этого «неразумного шага», а Хью в который уже раз заверил ее в том, что знает, что делает.
Как бы там ни было, его ложь возымела желаемый эффект – Элиза, раскрасневшись, пробормотала:
– Для меня это большая честь…
Они обошли вокруг фонтана, находившегося в самом центре сада, и Хью заметил небольшую постройку из белого камня на склоне холма.
– Что это? – спросил он, кивком указав на постройку.
– Это беседка, милорд. Из нее открывается чудесный вид на сад.
– Замечательно, – произнес Хью, повернув к беседке.
Элиза сказала, что отца дома нет, но граф не мог избавиться от ощущения, что Кросс сейчас наблюдает за ним, приговаривая: «Давай-давай, не медли».
Хью не хотел, чтобы за ним подсматривали. То, что ему предстояло совершить, он должен сделать наедине с Элизой.
Портьеры в беседке были раздвинуты, что позволяло любоваться роскошным садом и домом, горделиво возвышавшимся на холме.
Хью окинул взглядом беседку, сидя на одном из двух удобных диванов, между которыми располагался низкий круглый стол. Идеальное место для предстоящей миссии, вот только… Он поднялся и принялся задергивать шторы.
– Вы очень мило смотрелись с маленькой девочкой на коленях, – с улыбкой заметил граф.
Элиза зарделась и, потупившись, пробормотала:
– У миссис Рив славные девочки…
– Славные, кто же спорит? Но вы бы еще лучше смотрелись со своим собственным ребенком на руках. Вы должны иметь собственных детей.
– Я… Я надеюсь, что когда-нибудь…
Хью задернул последнюю штору, отрезав их с Элизой от внешнего мира.
Девушка, стоявшая у стола, выглядела растерянной. Хью приблизился к ней и проговорил:
– Мисс Кросс, Элиза… – Он взял ее за руки. – Вы все еще нервничаете?
– Вообще-то… – Она снова опустила глаза. – Сейчас вы, милорд, заставляете меня нервничать.
– Элиза, не надо… – Хью провел большим пальцем по ее щеке.
Ресницы девушки затрепетали, и она, подняв голову, взглянула графу в глаза.
– Да, я… Я знаю. – Она облизнула губы, и Хью почувствовал, как его пронзило желание. Перед ним – его будущая жена, женщина, за которой его вынудили ухаживать. Но, видит бог, он хотел ее, и это было добрым предзнаменованием.
– Что именно заставляет вас нервничать? – Он обнял девушку за талию.
– Вы, – прошептала она. – Вы… вы слишком красивы, милорд. Вы слишком хороши для такой, как я.
– В самом деле? – Хью приподнял брови.
– И мне кажется, что это… неправильно, – пролепетала Элиза.
– Говорите, неправильно?
Мгновение нерешительности – и ладони ее вспорхнули к его груди. При этом она откинула голову, словно говоря: «Целуй же меня скорее!» Глаза ее блестели страстью, а губы приоткрылись как розовый бутон, и от них невозможно было отвести глаза.
– Элиза, как вы могли подумать, что я слишком хорош для вас? Разве вы не знаете, что мне хочется снова вас поцеловать?
– Так поцелуйте! – взмолилась она, и Хью не стал томить ее ожиданием.
И вновь его застиг врасплох всплеск желания – Хью сам себя не узнавал.
– Элиза… – задыхаясь, произнес он и, чуть отступив, опустился перед ней на одно колено. – Элиза, дорогая, я прошу вас стать моей женой.
