На большом сером валуне настороженно напружинившись, закутавшись в серый плащ, сидела Мирра. Светомира не было видно. Я сосредоточилась и с удивлением обнаружила, что не чувствую ауру мудрого чародея, а значит, его нет поблизости. Жаль...
- Мирра? - негромко окликнула я, настраиваясь на волну влюбленной лучницы.
Фигура встрепенулась. Одновременно я услышала вскрик Жутикова за спиной, но не успела даже обернуться: удар по голове оглушил меня. Сосны, ручей, фигура на камне - всё закружилось перед глазами, словно затягивалось круговоротом в воронку, уменьшаясь и расплываясь, и, наконец, померкло.
В каменном мешке пахло сыростью и плесенью. Глубокая темнота тоже не добавляла оптимизма. Я зябко поёжилась. В темноте кто-то зашевелился. Точно не мышь. Что-то крупное. Крыса?!. Интересно, они умеют вздыхать? Я пыталась себя отвлечь от мыслей о крысах. Кто-то вздохнул... Не крыса и это радует. Пробираться на вздохи на ощупь? Ну, уж нет, кто знает, на что наткнешься. Я постаралась пошевелиться, каждое движение отзывалось болью, к тому же ноги и руки оказались связаны. А вот это совсем плохо... В случае чего, даже сопротивление оказать будет проблематично. Сопротивляться? Кому? И вообще, что я здесь я здесь делаю? Я... Римма... Да. Гроза. Кабинет. Переход в новый мир. Я ведьма... События восстанавливались в хронологическом порядке. Ворон. Письмо от Мирры. Неужели предательство? Но разве я в чем-то перешла ей дорогу? Хотя, с её точки зрения, возможно, всё выглядит несколько иначе, ведь она любит Яромира... Но я же не стояла у неё на пути... Хотя...
От каменных стен веяло пронизывающим, пробирающим до костей, холодом. Крепко связанные руки и ноги занемели. Ноющая, пульсирующая боль в затылке мешала сосредоточиться, мысли путались, и это жутко раздражало. Я же ведьма! Настоящая! Неужели не смогу справиться с какой-то там болью?! Я постаралась сесть, но малейшее движение головой отзывалось нестерпимой болью. С четвертой попытки удалось присесть, однако голова закружилась и очнулась я вновь на каменном полу. Я долго всматривалась в темноту, надеясь рассмотреть хоть что-то: хотя бы стену, чтоб к ней прислониться. Тщетно. Глубокая темнота и мрак. В каменный мешок не проникало ни малейшего лучика света. Сантиметр за сантиметр, с кружащейся головой, цепляясь за сознание, я продвигалась в сторону, надеясь рано или поздно упереться в стену. Я потеряла счет времени, у меня была цель, к которой я медленно двигалась. Наконец, я добралась до стены. Прислонилась к ней спиной, переводя дух, но не рассчитала сил и снова приложилась многострадальной головой. В глазах даже разноцветные искорки заплясали.
- Гадство! - выругалась я сквозь зубы, чувствуя, что ярость придаёт силы и не даёт потерять сознание.
- Римка?!
Ещё неопределенное, но по ощущению, достаточно долгое время ушло на то, чтобы Жутиков подполз поближе ко мне. Пожалуй, никогда я ещё не была так рада его присутствию, как в этот миг! Мы оказались в равных условиях, связанные и предварительно ударенные по голове. Хотя моей голове, судя по тому, как она кружилась, и я периодически теряла сознание, повезло меньше.
- А я думала это какая-то крупная мышь шуршит в темноте, - поприветствовала я Жутикова, когда ему удалось устроиться рядом со мной.
- Пока ты не стала ругаться, я вообще тебя за крыску принял, - не остался в долгу он.
Но Жутиков не был бы самим собой, если б не стал высказывать мне претензии. И впервые, меня это не огорчало, наоборот, подбадривало, ведь, если он ворчит, значит, не всё так плохо.
- Даже кот и тот предупреждал, что нечего тебе тащиться черт знает куда одной! А она!... И ещё ведьмой называется! И где твоя интуиция?! А?!
- Ну, я ж не одна пошла, а с вами.
- Угу! Это меня сейчас и утешает!- язвительно отозвался он. - И вообще, не знаю, как ты, а я есть хочу! Тем более, что кто-то здесь ведьмой называется, так что будь добра, хоть ватрушку, а наколдуй! И руки развяжи!
- А мух от вас не поотгонять? - привычно огрызнулась я.
- Каких ещё мух?! - удивился Жутиков. - Римк, ты что? - похоже он решил, что мне совсем плохо.
- Мухи - это такие назойливые бяки с крылышками, - пояснила я, отчетливо представляя себе рой мух.
А вот это было зря! Потому что тишину каменного плена наполнило жужжание, и назойливые насекомые принялись донимать нас. Жутиков выругался.
- Нет, Римка, ты точно ненормальная. Если раньше я только сомневался, то теперь точно уверен, - посетовал он, отмахиваясь от мух. - Немедленно прекрати это!
