А она изменилась. Нет, не глаза, да и не сейчас. Пожалуй, Сати начала меняться в тот момент, когда к ней вернулась магия. Её эмоции будто тоже частично были заблокированы, а вырвавшись на свободу, пребывали в беспорядке.
Потом эти покушения, Овир, ужас заточения, и вот она вернулась уже не такой холодной и сдержанной, какой была при их первой встрече. Стала более живой, настоящей…
Кесарю нестерпимо захотелось поцеловать невесту. Если бы не этот жуткий ледяной взгляд… Он останавливал.
А к ним уже спешила стража, целители, придворные. Среди собравшихся мелькнули широкие плечи северного великана.
— А весело у вас тут! Я, пожалуй, погощу у тебя подольше, — почёсывая широкий подбородок, глубокомысленно изрёк Врон.
— Это ещё что. Вот когда я тренировки с магией начну, будет настоящее веселье, — прошептала Сати, уткнувшись лицом в грудь Эрана, когда он встал, подхватив её на руки.
— Нет, это ужасно, — упрямо помотала я головой.
— Потерпи немного, дорогая, — погладила меня по плечу леди Тэйнира. — Придёт время, когда такие мелочи не будут тебя заботить. А твоим близким уже сейчас это безразлично.
— Как же, — пробурчала я. — Безразлично…
Наставница покачала головой, устало вздохнула и произнесла:
— На сегодня достаточно. Всё равно с таким настроем ты мне стоящих результатов не покажешь.
Я развела руками, мол, а я что могу поделать. Поблагодарила наставницу и побежала готовиться к ужину.
Вот уже месяц, как я ежедневно упорно занимаюсь магией под началом лучшей наставницы всего Маима. Да-да, именно так называют свой нижний мир падшие — Маим. Говорят, с древних языков это переводится «спуск» или «вниз». А себя они именуют маимцами, то есть спустившимися.
В общем, нам с леди Тэйнирой удалось добиться немалых успехов. Да! Я больше не устраиваю магические взрывы от переизбытка сил.
Последний действительно разрушительный выплеск произошёл в ту страшную ночь. И он унёс человеческую жизнь. Да, Россэл Прайс не из тех, кого стали бы оплакивать, но я всю жизнь буду корить себя за случившееся. Да и его мать, что сейчас томится в темнице за предательство и покушение на жизнь и волю кесаря, тоже будет помнить до конца своих дней, как её сын растворился пылью в потоке необузданной магии.
Исключительно из чувства вины я даже просила за неё. Уговаривала Эрана пощадить родственницу и только отослать подальше, а не запирать навечно. Но кесарь был непреклонен.
За себя он может и простил бы Кимору Прайс, но выяснилось, что она этот портрет сначала его деду подсунула. И на протяжении многих лет медленно сводила Арсона с ума. А потом и на Эрана переключилась, в надежде освободить трон для сына.
Видимо, под влиянием артефакта старый кесарь и задумал месть убийце дочери. Будь Арсон в своём уме, ни за что не пошёл бы на такое. И уж тем более не вынудил бы внука произнести клятву, которая бесповоротно изменила его жизнь. Хотя, закончилось всё хорошо…
Так вот, теперь я тихо и мирно сливаю излишки энергии в накопители, которые потом отправляют в артефакторские мастерские. Таким образом, моя маленькая проблема с повышенным уровнем магической энергии приносит немало пользы.
Оказывается, именно из-за этой моей особенности наша семья и попала под пристальное внимание жадного до магии Раэля Эситора. У самого лорда был позорно низкий магический уровень, который он искусственно повышал за счёт накопителей и артефактов.
Родители тщательно скрывали эту мою особенность, с самого моего рождения самолично поглощая мою избыточную магию. Но Эситор как-то узнал о том, что я практически являюсь живым неиссякаемым накопителем. Да ещё и в совете они с отцом были противниками по многим вопросам, включая взаимоотношения с падшими.
Вот мерзавец Эситор и решил избавиться разом от двух проблем — политического оппонента и дефицита магической энергии.
Родителей убили, а у меня заблокировали магию, таким образом, полностью перенаправив её поток вовне. А на тётю, чтобы не мешала, присвоить владения Сканиров и красть мои силы, наложили дурманящие чары.
Так что, в ту ночь, спутав с Тиллерой и похитив, Эран практически спас меня от скрытого рабства, о котором я и сама не подозревала.
Тилли, кстати, нашлась. Оказывается, она в ту судьбоносную ночь сбежала с каким-то мелким, неугодным её отцу лордом, прихватив часть своих вещей и драгоценности. Поэтому Эситор меня ещё и в воровстве обвинял. Когда же Тиллера узнала о смерти отца, вернулась за наследством.
Наследство… Это отдельная тема. Здесь, внизу, магический блок с меня слетел. Уж не знаю, виной тому местная огненная энергия, которой даже воздух пропитан, или то, что я оказалась слишком далеко от Раэля, но как только во мне проснулась родовая магия Сканиров, артефакты нашего рода это почувствовали. Первое время Эситор сдерживал их с помощью накопителей с моей магией. Но его уже нет, да и накопители закончились. И встал ребром вопрос о наследовании.
