Я не проронила ни слова с тех пор, как меня схватили. Проступки, которые мне вменяли в вину, были столь же ужасны, сколь нелепы сами обвинения.
Каким-то образом стало известно, что я покинула Овир и спустилась к падшим. Да, и в этом меня тоже обвинили!
- Сатиша Сканир пошла дальше своих родителей. Она не только защищает падших, она сама пала! - будто читая газетный заголовок, продекламировал комендант. И буквально выплюнул мне в лицо, нависнув и обдавая удушливым запахом курительных смесей: - Тебя проклянут и казнят, если не начнёшь говорить.
Я промолчала.
- Говори! – рявкнул комендант, резко хлопнув ладонью по столу передо мной. – Где она? Она жива? Ты продала её падшим? Или убила из зависти?
Я вздрогнула, сжалась, но нет, не заплакала. Глаза были сухими, и единственным, что в них сейчас плескалось, была злость. Да как они смеют так со мной обращаться?! Я жертва, а не преступница. Это меня обокрали – незаконно лишили наследства и преступно отобрали магию!
Но говорить об этом не имело смысла. Ведь меня обвиняли сам Владыка и советник Раэль Эситор. Первый - в измене, а второй - в воровстве и похищении его единственной дочери. Да, в ту ночь, когда Эран забрал меня, Тиллера так и не вернулась домой. Её исчезновение, а так же отсутствие части вещей и драгоценностей, приписали мне. Поисковая магия так и не смогла обнаружить Тилли, но зато нашла меня… у падших.
Владыка отказался ссориться с проклятыми крылатыми «из-за такой мелочи, как пара девчонок». Отец Тиллеры уже собирал наёмников, чтобы лично отправиться за мной, в надежде, что так найдёт и дочь, когда я сама явилась к приспешникам.
И вот, пошёл второй день, как я томлюсь в самой крепкой камере Обители приспешников. Закованная в противомагические кандалы, потому что едва не взорвала крепость, когда услышала абсурдные обвинения, голодная, уставшая, напуганная и злая.
Нет, меня не били, только запугивали, морили голодом и требовали, чтобы во всём призналась.
- Да скажи ты уже хоть что-нибудь, - сквозь зубы прорычал комендант. – Мне нужно что-то дать лорду Эситору, иначе он сам возьмётся за тебя.
Я подалась вперёд, посмотрела ему в глаза, произнесла «Моя…» и запнулась, осознав, что если сейчас спрошу про тётю, то они посчитают её подходящим рычагом влияния. И они совершенно правы! Если тёте будут угрожать, я признаюсь в чём угодно.
- Что? – оживился комендант. – Ну же!
- Моя вина не доказана. Я не совершала ничего, из того, в чём меня обвиняют. И понятия не имею, где находится Тиллера Эситор, - произнесла, уверенно глядя прямо в мутные глаза коменданта.
- Жалкая любительница проклятых! – ударил он кулаком по столу. – Падшие звери, отрепье, не достойное жизни, а ты ещё смеешь их защищать!
Я опять промолчала. Какой смысл что-то говорить, если правду не желают слышать. Они услышат только признание вины, остальное их не интересует и не устраивает.
- Ты сама виновата, - сложил руки на груди комендант. – Теперь с тобой будет говорить лорд Раэль. А у него даже самые стойкие говорят. Да что там, поют! Раэль Эситор знает толк в пытках.
Мужчина мерзко усмехнулся, сплюнул на пыльный пол и вышел из допросной камеры. Когда за ним захлопнулась дверь и заскрежетал засов, по моей щеке скатилась одинокая слезинка. Остервенело смахнула её, взяла дрожащей рукой грубую железную кружку с неприятно пахнущей затхлостью водой и с усилием сделала два глотка. Мне нужны силы, а без воды я долго не протяну.
Где же ты, Эран? Ты же обещал, что заберёшь меня…
Время тянулось так медленно, что казалось, будто совсем остановилось. Я даже воду допила, в ожидании. Устала сидеть, встала и прошлась по камере, насколько позволяли цепи.
Да, сковать мне руки тяжёлыми, испещрённые знаками магической печати, металлическими кандалами этим отважным защитникам города показалось мало, они ещё и цепи на них навесили. Стёртые до крови запястья болели неимоверно, но, в сравнении с перспективой пыток, это была сущая мелочь.
Однако из-за боли долго таскать за собой цепи я не смогла, пришлось вернуться на твёрдый и неудобный, прибитый к полу, железный стул. Положила руки на стол, опустила голову, сосредоточилась и постаралась почувствовать отклик магии.
Конечно же, ничего не получилось. Магические кандалы для того и созданы, чтобы блокировать любые проявления силы.
И что же мне остаётся? Покориться и признать себя виновной? Но это же ложь! А лжи в моей жизни уже столько, что за ней и правды не видно. К тому же, пока я всё отрицаю, меня не казнят. По крайней мере, не сразу. А значит, есть надежда.
На что я надеялась? Уж точно не на правосудие. На этот счёт я больше не питала иллюзий. Пожалуй, ещё теплилась крохотная надежда, что кто-то вступится за меня. Хоть кто-нибудь. Ведь я Сканир, наследница древнего рода, который долгое время преданно служил Овиру. В честь моих славных предков называли площади и воздвигали статуи. А что теперь? Кандалы и забвение?..
И всё же завидную часть своих надежд я возлагала на клятву, так неосмотрительно произнесённую падшим. Она связала нас, сделала мою жизнь ценной для него.
