- Я есть терзаемый стыдом, что есть воспользовавшийся тем, что ты есть беспомощная, когда ты есть спящая.
- Ты переживаешь, что воспользовался моим беспомощным положением? - она села вплотную ко мне. - Воспользуйся ещё раз, и даже думать не смей, что это меня оскорбляет!
Я растерялся и застыл, как статуя, не донеся до рта кусок мяса. Лона выдернула его у меня из руки и бросила Двашу, а освободившуюся ладонь попыталась положить себе на грудь. Я не сопротивлялся, но у неё всё равно плохо получалось - моя рука не сгибалась под таким углом.
- Не хочешь помочь беспомощной девушке? Обними меня за плечи, и запросто достанешь до груди. Руки у тебя длинные.
- Мои руки есть не только длинные. Они есть ещё и перепачканные жиром.
- Ничего страшного! Рубашку я вечером постираю, даже следов от твоей ласки не останется.
Едва я дотянулся до её груди, она схватила мою ладонь и с силой прижала к себе.
- Дарен, тебе нравится моя грудь?
Я подумал, что ещё немного, и психиатр понадобится мне самому. Я попытался сказать комплимент, ведь грудь была превосходной, но с моего языка слетали только бессвязные звуки. Тогда я попробовал выдернуть руку, но каким-то непостижимым образом вместо этого слегка её сжал вместе с грудью.
- Это правильный ответ! - торжествующе заявила Лона. - Говорить, я так понимаю, ты сейчас не можешь, так что послушай, зачем я рассказала тебе свой непристойный сон. И пока я не закончу, не смей убирать руку! Мне так легче говорить на сексуальные темы.
Даже без таких разговоров я был готов повалить принцессу на траву и сделать всё, что обычно за этим следует. Сам не знаю, как сдержал звериный порыв. Я знал, что некоторые женщины, используя секс, способны из мужчин верёвки вить. Я знаком с Юстиной, построившей на этом всю свою профессиональную карьеру. Но я не мог и подумать, что сам окажусь уязвимым для примитивных женских штучек!
- Так вот, Дарен, ты же знаешь, кому снятся бесстыдные сны, - продолжила Лона. - Людям, которым в жизни не хватает этого самого. Всё правильно, мне очень не хватает. Но я рассказала тебе не всё. Я ведь проснулась с воплем "Нет!", понимаешь? Выходит, я безумно хочу близости с тобой, и одновременно не хочу. Не знаю, почему. Может, потому, что профессор сказал, что мне пока нельзя?
- Он есть это сказавший, - наконец, и я с огромным трудом смог хоть что-то произнести, правда, непонятно, стоила ли эта бессодержательная фраза таких усилий.
- Дарен, но почему он так сказал? Ты помнишь, какое лекарство он мне дал, чтобы сбить температуру?
